+7 (966) 145-06-86    г. Москва ул. Костякова дом 6/5

Юридические услуги адвоката в Москве

Подробнее

Главная / Судебная практика / Кассационное определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 11.02.2020 N 77-121/2020

Кассационное определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 11.02.2020 N 77-121/2020

Оправдательный приговор оставлен в силе
Кассационное определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 11.02.2020 N 77-121/2020

Кассационное определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 11.02.2020 N 77-121/2020. Приговор: Ст. 159.2 УК РФ (мошенничество при получении выплат). Определение: Кассационная жалоба удовлетворена, производство по делу прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием состава преступления. За осужденной признано право на реабилитацию.

ВТОРОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 11 февраля 2020 г. N 77-121/2020

Судебная коллегия по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе: …

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе осужденной Б.,

на приговор мирового судьи судебного участка N 5 г. Вышнего Волочка и Вышневолоцкого района Тверской области от 27 января 2017 года и апелляционное постановление Вышневолоцкого городского суда Тверской области от 30 марта 2017 года.

По приговору мирового судьи судебного участка N 5 г. Вышнего Волочка и Вышневолоцкого района Тверской области от 27 января 2017 года

Б., родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, несудимая,

осуждена по ч. 1 ст. 159.2 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 5 000 рублей с рассрочкой выплаты штрафа на десять месяцев равными частями в размере 500 рублей ежемесячно.

Постановлено взыскать с Б. в пользу ГУ Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Вышнем Волочке и Вышневолоцком районе Тверской области (межрайонное) в качестве возмещения имущественного ущерба 11 191,47 рублей.

Судом решены вопросы о судьбе вещественных доказательств и возмещении процессуальных издержек.

Апелляционным постановлением Вышневолоцкого городского суда Тверской области от 30 марта 2017 года вышеуказанный приговор мирового судьи в отношении Б. оставлен без изменения.

Постановлением президиума Тверского областного суда от 19 июня 2017 года апелляционное постановление Вышневолоцкого городского суда Тверской области от 30 марта 2017 года в отношении Б. в части разрешения гражданского иска отменено, дело в этой части направлено на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд в ином составе.

Апелляционным постановлением Вышневолоцкого городского суда Тверской области от 17 июля 2017 года (с учетом уточняющего постановления от 17 января 2019 года) приговор мирового судьи судебного участка N 5 г. Вышнего Волочка и Вышневолоцкого района Тверской области от 27 января 2017 года в отношении Б. изменен: гражданский иск представителя потерпевшего ГУ Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Вышнем Волочке и Вышневолоцком районе Тверской области (межрайонное) оставлен без рассмотрения в связи с добровольным возмещением Б. имущественного ущерба в виде переплаченных сумм федеральной социальной доплаты.

Постановлением заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2019 года на основании ч. 5 ст. 401.10 УПК РФ кассационная жалоба Б. вместе с уголовным делом передана для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции — Второго кассационного суда общей юрисдикции.

Заслушав доклад судьи, изложившей обстоятельства уголовного дела, содержание судебных решений, доводы кассационной жалобы, выступление осужденной и адвоката, поддержавших жалобу об отмене принятых решений и прекращении уголовного дела, судебная коллегия

установила:

Б. признана виновной в совершении в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в г. Вышний Волочек Тверской области мошенничества при получении выплат, то есть хищении денежных средств при получении социальных выплат, путем умолчания о фактах, влекущих прекращение указанных выплат.

В кассационной жалобе осужденная Б., оспаривая законность и обоснованность принятых решений, указывает, что они вынесены с существенными нарушениями норм уголовного и уголовно-процессуального закона. Утверждает, что умысел на хищение денежных средств Пенсионного фонда у нее отсутствовал. Обращает внимание, что обязательство о сообщении факта устройства на работу было подписано ею 3 октября 2011 года, но на тот момент пенсию она еще не получала. После того, как она официально с 1 апреля 2015 года, устроилась на работу, работодатель ежемесячно отчислял за нее страховые взносы в Пенсионный фонд, который специально не реагировал на законность выплаты ей в этот период федеральной социальной доплаты. Судом не учтено, что до момента возбуждения в отношении нее уголовного дела, она добровольно написала заявление в Пенсионный фонд об удержании ежемесячно 20% пенсии в счет погашения излишне выплаченных ей сумм федеральной социальной доплаты. Полагает, что пенсионный фонд не является надлежащим потерпевшим по делу, более того, пенсионный фонд взыскал с нее 17 383,98 рублей, но по приговору с нее постановлено взыскать только 11 191,47 рублей. Считает, что суды первой и апелляционной инстанции предвзято отнеслись к рассмотрению ее дела, в связи с чем, постановленные в отношении нее судебные решения подлежат отмене, а она оправданию.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия находит приговор и апелляционное постановление подлежащими отмене, исходя из следующего.

В соответствии с требованиями ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебных решений при рассмотрении дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Такие нарушения выявлены по настоящему делу.

В силу ст. 8 УК РФ основаниями уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки преступления, предусмотренного Уголовным кодексом РФ.

В соответствии со ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию, в том числе, событие преступления, виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы.

Исходя из положений ч. 2 ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса и основан на правильном применении уголовного закона.

В силу ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Приведенные требования уголовного и уголовно-процессуального закона судом не учтены.

Как установлено судом и следует из приговора, с 31 декабря 2011 года Буровой на основании ее личного заявления от 3 октября 2011 года о назначении пенсии, решением N 96511 от 20 февраля 2012 года руководителя государственного учреждения — Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Вышнем Волочке и Вышневолоцком районе Тверской области (межрайонное) в соответствии со ст. 12.1 Федерального закона от 17 июля 1999 года N 178-ФЗ «О государственной социальной помощи» как пенсионеру, проживающему на территории Российской Федерации, не осуществляющему работу и (или) иную деятельность, в период которой он подлежит обязательному пенсионному страхованию, была назначена федеральная социальная доплата к страховой пенсии по старости до величины прожиточного минимума пенсионера в субъекте Российской Федерации, которая ежемесячно начислялась к страховой пенсии по старости Буровой.

В указанном заявлении о назначении пенсии Б. под личную подпись была предупреждена о необходимости безотлагательного извещения территориального органа Пенсионного фонда Российской Федерации о поступлении на работу и (или) выполнении иной деятельности, в период осуществления которой она подлежит обязательному пенсионному страхованию, о наступлении других обстоятельств, влекущих изменение размера федеральной социальной доплаты к пенсии или прекращение ее выплаты.

1 апреля 2015 года Б. поступила на работу в ГБУЗ «Вышневолоцкий психоневрологический санаторий N 1 для детей с детскими церебральными параличами», где проработала до 31 июля 2016 года.

При этом Б. с целью незаконного получения федеральной социальной доплаты к своей пенсии умышленно не уведомила Государственное учреждение — Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Вышнем Волочке и Вышневолоцком районе Тверской области (межрайонное) о поступлении на работу, то есть об обстоятельстве, влекущем прекращение осуществления федеральной социальной доплаты.

Умалчивая факт своего трудоустройства в вышеуказанное учреждение, Б., действуя из корыстных побуждений с целью личного обогащения, осознавая общественную опасность своих действий и желая наступления общественно опасных последствий в виде причинения имущественного вреда, в период с 1 апреля 2015 года по 29 февраля 2016 года ежемесячно незаконно получала федеральную социальную доплату к страховой пенсии по старости, незаконно завладев таким образом денежными средствами в общей сумме 13 804,67 рубля, которыми распорядилась по своему усмотрению, причинив материальный ущерб Государственному учреждению — Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Вышнем Волочке и Вышневолоцком районе Тверской области (межрайонное).

Указанные действия Б. квалифицированы судом по ч. 1 ст. 159.2 УК РФ как мошенничество при получении выплат, то есть хищение денежных средств при получении иных социальных выплат, установленных законом, путем умолчания о фактах, влекущих прекращение указанных выплат.

С таким решением согласился и суд апелляционной инстанции.

Вместе с тем по смыслу действующего уголовного закона (ст. 159.2 УК РФ), обман как способ совершения мошенничества при получении выплат, выражается в представлении в органы исполнительной власти, учреждения или организации, уполномоченные принимать решения о получении выплат, заведомо ложных и (или) недостоверных сведений о наличии обстоятельств, наступление которых согласно закону или иному нормативному правовому акту является условием для получения соответствующих выплат в виде денежных средств или иного имущества, а также путем умолчания о прекращении оснований для получения указанных выплат.

Таким образом, специфика данного вида мошенничества заключается в том, что деяние выражается в получении материальной помощи (пособий, компенсаций, субсидий, иных социальных выплат) путем обмана активного (представление заведомо ложных и (или) недостоверных сведений) или пассивного (путем умолчания о фактах, влекущих прекращение выплат).

Вина в виде прямого умысла — обязательный признак состава этого преступления. Однако по настоящему делу доказательств наличия такового у Буровой не имеется.

Так, в обоснование выводов о наличии у Буровой умысла на хищение денежных средств путем незаконного получения федеральной социальной доплаты к пенсии, суд сослался на личное заявление осужденной от 3 декабря 2011 года о назначении ей пенсии по старости, в котором она под личную подпись была предупреждена о необходимости безотлагательного извещения территориального органа Пенсионного фонда Российской Федерации о поступлении на работу и (или) выполнении иной деятельности, в период осуществления которой она подлежит обязательному пенсионному страхованию, о наступлении других обстоятельств, влекущих изменение размера федеральной социальной доплаты к пенсии или прекращение ее выплаты, однако, вопреки данному предупреждению, умышленно умолчала о факте своего трудоустройства, незаконно получая в период работы федеральную социальную доплату к пенсии.

Вместе с тем, как следует из материалов уголовного дела (т. 1 л.д. 8 — 9), на момент заполнения указанного заявления о назначении досрочной пенсии по старости, то есть 3 декабря 2011 года, в котором Б. проставила галочку в графе с просьбой назначения федеральной социальной доплаты к пенсии при наличии права на нее, осужденная не имела права на получение федеральной социальной доплаты к пенсии и не получала ее. Указанная доплата была установлена ей лишь спустя два месяца, то есть с 31 декабря 2011 года на основании соответствующего решения руководителя государственного учреждения от 20 февраля 2012 года.

Содержащийся в пункте 4 бланка заявления о назначении пенсии ряд предупреждений, в том числе предупреждение о необходимости безотлагательно извещать территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации о поступлении на работу и (или) выполнении иной деятельности, о наступлении других обстоятельств, влекущих изменение размера федеральной социальной доплаты к пенсии или прекращение ее выплаты, носит информационное, а не правовое значение, поскольку содержит изъятие из различных федеральных законов, регулирующих пенсионное обеспечение, без разъяснения последствий нарушения пенсионером указанных предупреждений.

При этом часть 12 Федерального закона от 17 июля 1999 года N 178-ФЗ «О государственной социальной помощи», действительно, возлагает на пенсионеров обязанность безотлагательно извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о поступлении на работу и (или) выполнение иной деятельности, в период осуществления которой граждане подлежат обязательному пенсионному страхованию, о наступлении других обстоятельств, влекущих изменение размера федеральной социальной доплаты к пенсии или прекращение ее выплаты. Однако этой же нормой Закона предусматривается, что удержание излишне выплаченных сумм социальной доплаты к пенсии производится в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Таким образом, законодатель за нарушение пенсионером обязательства сообщать в орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих изменение размера или прекращение выплаты федеральной социальной доплаты к пенсии, предусматривает гражданско-правовые, а не уголовные последствия.

Из материалов уголовного дела и показаний Б. усматривается, что при заполнении бланка заявления о назначении ей пенсии, она проставила галочки во всех указанных ей сотрудником пенсионного фонда графах, в том числе в графе о назначении ей федеральной социальной доплаты при наличии права на нее, и в графе о необходимости предупреждать территориальный орган пенсионного фонда об устройстве на работу или наступлении иных обстоятельств, влекущих изменение размера или прекращение выплаты федеральной социальной доплаты к пенсии, однако, какие-либо разъяснения ей при этом не давались. При этом Б. не скрывала факт своего трудоустройства в ГБУЗ «Вышневолоцкий психоневрологический санаторий N 1 для детей с детскими церебральными параличами», так как на работу была устроена официально, при поступлении предоставила необходимые документы (трудовую книжку, СНИЛС, ИНН), за период ее работы работодателем ежемесячно в Пенсионный фонд начислялись и перечислялись страховые взносы на обязательное пенсионное страхование и предоставлялись индивидуальные сведения (т. 1, л.д. 43, 44, 46, 47), в связи с чем она была уверена, что территориальный орган пенсионного фонда уведомлен о ее трудоустройстве работодателем, отчислявшим за нее страховые выплаты, о чем ей также пояснили и при обращении в Пенсионный фонд г. Москвы.

Более того, именно на основании выписки из лицевого счета застрахованного лица ГУ Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Вышнем Волочке и Вышневолоцком районе Тверской области (межрайонное) было установлено, что Б. в период получения федеральной социальной доплаты к пенсии осуществляла трудовую деятельность, в связи с чем, 20 июня 2016 года комиссией территориального органа Пенсионного фонда было рекомендовано Буровой в добровольном порядке возместить излишне полученную сумму федеральной социальной доплаты (т. 1, л.д. 117, 118), что Буровой и было сделано путем написания заявления от 12 августа 2016 года, в котором она просит с 1 сентября 2016 года перечислять часть ее пенсии в размере 20% в счет погашения излишне полученной суммы федеральной социальной доплаты до полного погашения (т. 1, л.д. 116).

Таким образом, еще до момента возбуждения в отношении Буровой уголовного дела (14 октября 2016 года) по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 159.2 УК РФ, Б. в добровольном порядке согласилась на возмещение излишне выплаченных ей сумм федеральной социальной доплаты к пенсии, которые начали удерживаться территориальным органом пенсионного фонда из ее пенсии, что полностью отвечает положениям п. 12 ст. 12.1 Федерального закона от 17 июля 1999 года N 178-ФЗ «О государственной социальной помощи», ст. 26 Федерального закона от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» и ст. 29 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Указанным обстоятельствам при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции не было дано надлежащей оценки, что повлекло за собой постановление им незаконного приговора. Суд апелляционной инстанции в свою очередь не выявил допущенные нарушения закона и не устранил их.

Таким образом, приговор и апелляционное постановление по настоящему уголовному делу подлежат отмене с прекращением уголовного дела в отношении Б. за отсутствием в деянии состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 159.2 УК РФ, с признанием за Буровой права на реабилитацию.

Руководствуясь п. 2 ч. 1 ст. 401.14, 401.15, 401.16 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор мирового судьи судебного участка N 5 г. Вышнего Волочка и Вышневолоцкого района Тверской области от 27 января 2017 года и апелляционное постановление Вышневолоцкого городского суда Тверской области от 30 марта 2017 года в отношении Буровой отменить с прекращением производства по делу

На основании ст. 134 УПК РФ признать за Б. право на реабилитацию.

Кассационную жалобу Б. удовлетворить.

Наш адрес

г. Москва ул. Костякова дом 6/5