+7 (966) 145-06-86    г. Москва ул. Костякова дом 6/5

Юридические услуги адвоката в Москве

Подробнее

Главная / Судебная практика / Кассационное определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 11.11.2019 N 77-4/2019

Кассационное определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 11.11.2019 N 77-4/2019

Оправдательный приговор оставлен в силе
Кассационное определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 11.11.2019 N 77-4/2019

Кассационное определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 11.11.2019 N 77-4/2019. Обстоятельства: Постановлением отказано в удовлетворении ходатайства обвиняемого по ст. 159 УК РФ (мошенничество) и адвоката об изменении меры пресечения обвиняемому. Мера пресечения оставлена прежняя — заключение под стражу, срок ее действия в соответствии с ч. 3 ст. 255 УПК РФ продлен. Определение: Постановление отменено, содержание под стражей признано незаконным.

ВТОРОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 11 ноября 2019 г. N 77-4/2019

Судебная коллегия по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе: …

рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу адвоката в защиту интересов обвиняемого Ч. на постановление Кунцевского районного суда г. Москва от 25 июля 2019 года и апелляционное постановление Московского городского суда от 13 августа 2019 года.

Постановлением Кунцевского районного суда г. Москва от 25 июля 2019 года отказано в удовлетворении ходатайства защитника об изменении меры пресечения обвиняемому Ч. Мера пресечения обвиняемому Ч. оставлена прежняя — заключение под стражу, срок действия которой в соответствии с ч. 3 ст. 255 УПК РФ продлен по 17 октября 2019 года включительно.

Апелляционным постановлением Московского городского суда от 13 августа 2019 года постановление Кунцевского районного суда г. Москва от 25 июля 2019 года в отношении Ч. оставлено без изменения.

Заслушав доклад судьи, выступления защитника — адвоката по уголовным делам, обвиняемого Ч., чье участие в судебном заседании обеспечено путем использования систем видеоконференц-связи, поддержавших доводы кассационной жалобы, прокурора, полагавшего необходимым оставить обжалуемые судебные решения без изменения, судебная коллегия

установила:

по возбужденному 12 февраля 2016 года уголовному делу Ч. обвиняется в совершении двух преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ, при этом с 15 апреля 2016 года он содержится под стражей.

18 июля 2019 года уголовное дело в отношении Ч. поступило в Кунцевский районный суд г. Москва, постановлением которого от 25 июля 2019 года было отказано в удовлетворении ходатайства обвиняемого и адвоката об изменении меры пресечения обвиняемому Ч. Мера пресечения Ч. оставлена прежняя — заключение под стражу, срок ее действия в соответствии с ч. 3 ст. 255 УПК РФ продлен по 17 октября 2019 года включительно.

Апелляционным постановлением Московского городского суда от 13 августа 2019 года постановление Кунцевского районного суда г. Москва от 25 июля 2019 года в отношении Ч. оставлено без изменения.

В кассационной жалобе адвокат выражает несогласие с указанными судебными решениями. Полагает, что у суда первой инстанции не было законных оснований для продления срока содержания Ч. под стражей, поскольку довод о попытках давления на свидетеля является предположением, а одна лишь тяжесть обвинения не могла быть положена в основу обжалуемого решения. Выводы судебных инстанций о невозможности применения в отношении Ч. иной меры пресечения не соответствуют уголовно-процессуальному закону и противоречат фактическим обстоятельствам дела, а также данным о личности обвиняемого. Несмотря на то, что Ч. инкриминировано совершение преступлений в связи с осуществлением полномочий по управлению коммерческой организацией — государственным унитарным предприятием, вследствие чего он подпадал под действие ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ (в редакции Федерального закона от 2 августа 2019 года N 315-ФЗ), данное обстоятельство не было принято во внимание судом апелляционной инстанции. На основании приведенных доводов адвокат просит отменить постановление от 25 июля 2019 года и апелляционное постановление от 13 августа 2019 года и рассмотреть вопрос об изменении Ч. меры пресечения на более мягкую, не связанную с содержанием под стражей.

Проверив материалы судебного производства, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав участников судебного заседания, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Такие нарушения по материалу — существенные нарушения уголовно-процессуального закона — были допущены судами первой и апелляционной инстанций.

В силу п. 4 ст. 7 УПК РФ постановление суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным.

В соответствии со ст. 97 УПК РФ мера пресечения избирается при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый может угрожать свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Согласно ст. 99 УПК РФ при решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения в отношении обвиняемого в совершении преступления и определения ее вида при наличии оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, должны учитываться также тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

Исходя из ч. 3 ст. 255 УПК РФ, суд, в производстве которого находится уголовное дело, вправе продлить срок содержания подсудимого под стражей. Продление срока содержания под стражей свыше 6 месяцев допускается только по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях и каждый раз не более чем на 3 месяца.

При продлении срока содержания под стражей на любой стадии производства по уголовному делу судам необходимо проверять наличие на момент рассмотрения данного вопроса предусмотренных ст. 97 УПК РФ оснований, которые должны подтверждаться достоверными сведениями и доказательствами. Кроме того, суду надлежит учитывать обстоятельства, указанные в ст. 99 УПК РФ, и другие обстоятельства, обосновывающие продление срока применения меры пресечения в виде заключения под стражу. При этом следует иметь в виду, что обстоятельства, на основании которых лицо было заключено под стражу, не всегда являются достаточными для продления срока содержания его под стражей, и суду надлежит установить конкретные обстоятельства, свидетельствующие о необходимости дальнейшего содержания обвиняемого под стражей.

Наличие у лица возможности воспрепятствовать производству по уголовному делу на начальных этапах предварительного расследования может служить основанием для решения о содержании обвиняемого под стражей. Однако впоследствии суд должен проанализировать иные значимые обстоятельства, такие, как результаты расследования или судебного разбирательства, личность обвиняемого, его поведение до и после задержания и другие конкретные данные, обосновывающие довод о том, что лицо может совершить действия, направленные на фальсификацию или уничтожение доказательств, или оказать давление на участников уголовного судопроизводства либо иным образом воспрепятствовать расследованию преступления или рассмотрению дела в суде.

Продлевая срок содержания под стражей или отказывая в его продлении, судья принимает соответствующее мотивированное решение, исходя из анализа всей совокупности обстоятельств, в том числе связанных с переходом уголовного судопроизводства в другую стадию, что может быть обусловлено появлением новых оснований для оставления без изменения или изменения данной меры пресечения (п. п. 21, 31 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года N 41 (ред. от 24 мая 2016 года) «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога»).

Как видно из содержания обжалуемого решения суда первой инстанции, формулируя вывод об отсутствии оснований для изменения избранной в отношении Ч. меры пресечения на более мягкую, суд сослался на сведения о его личности, а именно, на возраст, состояние здоровья, семейное положение, наличие несовершеннолетнего ребенка, постоянного места жительства и регистрации, указал на тяжесть преступлений корыстной направленности, которые ему вменяются, а также отметил, что Ч. оказывалось воздействие на свидетеля обвинения «свидетель» на стадии предварительного расследования. По мнению суда, все эти данные в совокупности не могут служить достаточным основанием для отмены или изменения действующей меры пресечения, поскольку обстоятельства, исходя из которых, в отношении Ч. была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, не изменились и сохраняют свое значение.

Таким образом, вывод, обусловивший принятие решения о продлении срока содержания Ч. под стражей на 3 месяца, основан исключительно на тяжести инкриминированных ему деяний и констатации факта оказания воздействия на свидетеля на досудебной стадии производства по делу, то есть на обстоятельствах, которые изначально были положены в основу решения об избрании в отношении Ч. заключения под стражу.

Между тем, в силу положений ст. ст. 97, 99, 255 УПК РФ в их официальном истолковании, приведенные обстоятельства не являются самодостаточными при принятии решения о продлении срока содержания обвиняемого под стражей на новой стадии производства по уголовному делу, тем более, по прошествии более 3-х лет с момента избрания в отношении Ч. этой меры пресечения, когда они могли являться актуальными и относимыми к конкретной процессуальной ситуации по расследуемому уголовному делу.

Какие-либо конкретные объективные данные, обосновывающие довод о возможном совершении Ч. действий, направленных на фальсификацию или уничтожение доказательств, об угрозе повторного оказания им давления на участников уголовного судопроизводства либо использования иного способа воспрепятствования рассмотрению дела в суде при условии применения в отношении него иной меры пресечения, не связанной с изоляцией от общества, в обжалуемом постановлении не приведены.

Более того, как следует из протокола судебного заседания, такие данные не исследовались и в процессе обсуждения вопроса о продлении срока содержания Ч. под стражей. Обосновывая позицию об отсутствии оснований для изменения обвиняемому меры пресечения, государственный обвинитель заявлял об оказании Ч. воздействия на свидетелей при проведении следственных действий, однако на вопрос защитника относительно фамилий свидетелей и обстоятельствах оказанного на них со стороны обвиняемого давления конкретизированных сведений и подтверждающих их доказательств не представил.

Кроме того, в обжалуемом постановлении суд не указал, почему при наличии перечисленных сведений о личности обвиняемого, а именно, о возрасте Ч., состоянии его здоровья, семейном положении, наличии несовершеннолетнего ребенка, постоянного места жительства и регистрации, подтверждающих устойчивых социальных связей обвиняемого, невозможно изменить избранную в отношении обвиняемого меру пресечения в виде заключения под стражу и применить к нему иную, более мягкую меру пресечения, не связанную с содержанием под стражей.

Таким образом, принимая решение о продлении срока содержания обвиняемого Ч. под стражей, суд первой инстанции, вопреки положениям уголовно-процессуального закона, не проанализировал всю совокупность обстоятельств уголовного дела и сведений о личности обвиняемого, имеющих правовое значение при разрешении указанного вопроса, в том числе с учетом перехода производства по уголовному делу со стадии предварительного расследования в стадию судебного производства и длительности нахождения Ч. под стражей, не привел конкретных сведений о фактах, свидетельствующих о невозможности избрания Ч. более мягкой меры пресечения, немотивированно отверг утверждения стороны защиты об отсутствии оснований для продления срока содержания Ч. под стражей, тем самым, произвольно заключив о наличии таковых.

Судом апелляционной инстанции при проверке законности и обоснованности постановления Кунцевского районного суда г. Москва от 25 июля 2019 года вышеприведенные нарушения уголовно-процессуального закона выявлены и устранены не были. Кроме того, суд апелляционной инстанции не рассмотрел вопрос о применимости к Ч. положений ч. 1.1. ст. 108 УПК РФ в редакции Федерального закона от 2 августа 2019 года N 315-ФЗ, вступившей в силу на момент рассмотрения апелляционных жалоб Ч. и его защитника, несмотря на то, что обвиняемому инкриминировалось совершение преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ, в качестве руководителя ГУП «Дирекция единого заказчика Можайского района» в связи с осуществлением им полномочий по управлению данной организацией.

Допущенные судами первой и апелляционной инстанций нарушения уголовно-процессуального закона, обусловившие принятие ими решений, ущемляющих гарантированное ст. 22 Конституции Российской Федерации право обвиняемого на свободу и личную неприкосновенность, являются существенными, повлиявшими на исход дела, в связи с чем, являются основанием для отмены постановления Кунцевского районного суда г. Москва от 25 июля 2019 года и апелляционного постановления судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 13 августа 2019 года, а также признания содержания Ч. под стражей на основании этих решений незаконными.

Поскольку постановлением Хамовнического районного суда г. Москва от 30 апреля 2019 года срок содержания Ч. под стражей был продлен до 30 июля 2019 года, и данное решение сохраняло силу после поступления уголовного дела в суд до указанной даты, период незаконного содержания Ч. под стражей следует исчислять с 30 июля 2019 года.

Принимая решение, судебная коллегия учитывает, что установленный постановлением суда от 25 июля 2019 года срок истек, а повторное рассмотрение материала о возможности продлении срока применения меры пресечения в виде содержания под стражей возможно лишь на будущее время, а не на тот период, когда эта мера пресечения уже была фактически исполнена (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 26 марта 2019 года N 656-О), в связи с чем материал не подлежит передаче на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Поскольку Ч. в настоящее время содержится под стражей на основании постановления Кунцевского районного суда г. Москва от 3 октября 2019 года, продлившего срок действия данной меры пресечения в отношении Ч. по 17 января 2020 года, законность которого не является предметом настоящего судебного разбирательства, освобождению из-под стражи он не подлежит.

Руководствуясь ст. 401.13, 401.14, 401.15, 401.16 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

Кассационную жалобу адвоката удовлетворить частично.

Постановление Кунцевского районного суда г. Москва от 25 июля 2019 года и апелляционное постановление судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 13 августа 2019 года отменить.

Содержание Ч. под стражей в период с 30 июля 2019 года по 17 октября 2019 года признать незаконным.

Наш адрес

г. Москва ул. Костякова дом 6/5