+7 (966) 145-06-86    г. Москва ул. Костякова дом 6/5

Юридические услуги адвоката в Москве

Подробнее

Главная / Судебная практика / Оправдательный приговор оставлен без изменения

Оправдательный приговор оставлен без изменения

Оправдательный приговор оставлен без изменения

В Московском городском суде оправдательный приговор оставлен без изменения.

Апелляционным определением Московского городского суда приговор Тверского районного суда г. Москвы от 25 декабря 2018 года, которым Д.В.А. и С.Д.М. признаны невиновными и оправданы по предъявленному им обвинению, предусмотренному п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в их действиях состава преступления оставлен без изменения, апелляционное представление прокурора — без удовлетворения.

МОСКОВСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 20 февраля 2019 г. N 10-2580/19

Судебная коллегия по уголовным делам Московского городского суда в составе: председательствующего: судьи Мариненко А.И.,

судей: Лавровой Е.Л., Николенко Л.И.,

при секретаре Г.,

с участием: помощника Тверского межрайонного прокурора г. Москвы С.И.В.,

оправданного С.Д.М.,

защитников — адвокатов Б.В.А., Л.С.О., представивших удостоверения и ордера,

рассмотрела в открытом судебном заседании 20 февраля 2019 года апелляционное представление государственного обвинителя С.Л.А.

на приговор Тверского районного суда г. Москвы от 25 декабря 2018 года, которым:

Д.В.А., ***

и

С.Д.М., ***

признаны невиновными и оправданы по предъявленному им обвинению, предусмотренному п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в их действиях состава преступления. В соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 133, ст. 134 УПК РФ признано за оправданными Д.В.А. и С.Д.М. право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием.

Заслушав доклад судьи Л.Е.Л., пояснения прокурора С.И.В., поддержавшего доводы апелляционного представления, оправданного С.Д.М., защитников — адвокатов Б.В.А., Л.С.О., возражавших против доводов представления и просивших приговор суда оставить без изменения, апелляционное представление — без удовлетворения, судебная коллегия, —

установила:

Органами предварительного следствия Д.В.А. и С.Д.М. обвинялись в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ — умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, из хулиганских побуждений, с применением предметов, используемых в качестве оружия, группой лиц.

Судом в отношении Д.В.А. и С.Д.М. вынесен оправдательный приговор на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в их действиях состава преступления.

В апелляционном представлении государственный обвинитель С.Л.А. ставит вопрос об отмене приговора в части оправдания Д.В.А., признании Д.В.А. виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ и назначении ему наказания в виде 3-х лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. В остальной части приговор просит оставить без изменения.

В обоснование данной позиции в апелляционном представлении государственный обвинитель указывает, что приговор суда в части оправдания Д.В.А. подлежит отмене в связи с неправильным применением уголовного закона и оценкой доказательств.

Как указывает государственный обвинитель, из видеозаписей с камер наблюдения, установленных на месте происшествия и изъятой у свидетеля Т. следует, что конфликт был спровоцирован Д.В.А. и С.Д.М., которые, явно находясь в состоянии опьянения, пренебрегая требованиями ПДД РФ, не дождавшись окончания потерпевшим маневра поворота, продолжили движение по нерегулируемому пешеходному переходу, в результате чего натолкнулись на автомобиль *, после чего С.Д.М., продолжая провоцировать конфликт, нанес не менее 2-х ударов по кузову автомобиля. Затем, согласно данным видеозаписей, * выйдя из автомобиля с металлическим фонарем в виде биты в руках, догнал их, после чего установить точно, куда и чем * наносил удары, не представляется возможным ввиду удаленности камеры наблюдения, как указал суд в приговоре. После этого Д.В.А. отнимает у * фонарь в виде биты, потерпевший пятится назад, и, когда конфликт фактически был завершен, Д.В.А. продолжил движение в сторону * имея умысел нанесения тяжких телесных повреждений, держа в руках соответствующий предмет, при этом со стороны потерпевшего каких-либо действий в отношении Д.В.А. не было, лишь после того, как Д.В.А. приблизился к *, тот предпринял попытку движения в его сторону, однако Д.В.А. нанес потерпевшему несколько ударов в область головы, последний из которых причинил тяжкие телесные повреждения *.

Кроме того, судом неверно оценена видеозапись, изъятая у *, фраза «Уйди!», звучащая на видеозаписи, произнесена С.Д.М. и адресована женщине, которая держит за куртку С.Д.М. Д.В.А. в этот момент находился на достаточно удаленном расстоянии от лица, осуществлявшего съемку.

Таким образом, по мнению представителя государственного обвинения, суд ошибочно пришел к выводу о том, что совершенное потерпевшим общественно опасное посягательство представляло опасность для жизни и здоровья подсудимого Д.В.А., поскольку С.Д.С., лишившись металлического фонаря в виде биты, угрозу представлять перестал, в то время как Д.В.А. направился к потерпевшему с целью нанесения ударов металлическим предметом.

Вывод суда о том, что С.Д.М. в драке, завязавшейся между Д.В.А. и * фактически участия не принимал, является верным.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, выслушав участвующих в деле лиц, судебная коллегия находит приговор суда законным и обоснованным.

Органам предварительного следствия Д.В.А. и С.Д.М. обвинялись в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ — умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, из хулиганских побуждений, с применением предметов, используемых в качестве оружия, группой лиц.

По версии предварительного следствия, согласно обвинительному заключению, преступление было совершено при следующих обстоятельствах.

15 февраля 2017 года в период времени с 21 часа 05 минут до 21 часа 07 минут Д.В.А. и С.Д.М., находясь на проезжей части улицы Ильинка г. Москвы, напротив дома 11, в ходе возникшего конфликта с * управляющим автомашиной марки «Хендэ Солярис», гос. рег. знак *, действуя из хулиганских побуждений, грубо нарушая общественный порядок, находясь в общественном месте, спровоцировав конфликт по малозначительному поводу, подошли к * после чего С.Д.М., желая лишить потерпевшего возможности оказать сопротивление, своими руками обхватил плечи * и стал его удерживать, а в этот момент Д.В.А., видя, что действия потерпевшего скованы в результате действий С.Д.М., подошел к * и нанес ему металлическим фонарем в виде биты, используемым Д.В.А. в качестве оружия, три удара в область головы, от чего потерпевший упал на землю, ударился головой об асфальт и потерял сознание, после чего С.Д.М. кулаком правой руки нанес не менее одного удара в область головы потерпевшего, причинив своими совместными действиями С.Д.С., согласно заключения эксперта N 3954м/3951 от 25.04.2017 г., телесные повреждения, которые в совокупности, как имеющие единые условия образования, расцениваются как черепно-лицевая травма и квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции Д.В.А. и С.Д.М. свою вину в совершении преступления не признали, как в ходе предварительного расследования, так и в ходе судебного разбирательства, заявляли о своей невиновности, настаивая на том, что защищались от действий потерпевшего *.

Судом при постановлении обжалуемого приговора были исследованы в совокупности все собранные по делу доказательства: показания Д.В.А. и С.Д.М., показания потерпевшего *, свидетелей * эксперта * карточка происшествия, заявление * о привлечении к уголовной ответственности лиц, которые причинили ему телесные повреждения, протоколы осмотра автомобиля потерпевшего, в ходе которого был изъят фонарь в виде биты, изъятого фонаря, протокол личного досмотра *, в ходе которого изъят компакт-диск с видеозаписью, производившейся * на месте происшествия, протокол осмотра указанного компакт-диска, протоколы осмотра видеозаписей с камер наружного наблюдения, компакт-диска с видеозаписью репортажа телевизионного канала «Рен-ТВ», справка ГБУЗ «ГКБ им. братьев Б-ных ДЗМ», куда был доставлен * заключение судебно-медицинской экспертизы.

При этом потерпевший утверждал, в том числе и на очных ставках с обвиняемыми, что он затормозил и пропустил Д.В.А. и С.Д.М., которые шли по пешеходному переходу, но резкое торможение вызвало у них агрессию, они стали выражаться в его адрес нецензурной бранью, после чего С.Д.М. стал стучать по капоту автомобиля, затем подбежали к автомобилю и стали ногами наносить по нему удары. После этого он (*) остановился, вышел из автомобиля, взяв с собой фонарь в виде биты, чтобы напугать Д.В.А. и С.Д.М., но С.Д.М. обхватил его плечи руками и повис на них, а Д.В.А. выхватил у него фонарь в виде биты и стал наносить им, а также кулаками в область головы и туловища, отчего потерпевший упал на асфальт и потерял сознание.

Свидетель * на следствии дала показания аналогичные показаниям потерпевшего и пояснила, что она записала происходящее на видео на телефон.

Показания потерпевшего и свидетеля * судом первой инстанции правильно оценены критически и признаны недостоверными, поскольку изложенные в них сведения противоречат объективным доказательствам — видеозаписям, из просмотра которых очевидно, что именно потерпевшей * начал конфликт, догнав Д.В.А. и С.Д.М., первым нанес удар С.Д.М. ногой, и лишь после этого Д.В.А. выхватил у потерпевшего фонарь в виде биты, которым его и ударил.

Также судом были исследованы видеозаписи с камер наблюдения, установленных на месте происшествия (в т.ч. являющиеся частью репортажа телевизионного канала «Рен-ТВ»), и видеозапись, изъятая у свидетеля * из которых усматривается, что потерпевший * управляя автомашиной, фактически наехал на пешеходном переходе на Д.В.А. и С.Д.М., на что С.Д.М. несколько раз ударил рукой и ногой по машине, в связи с чем потерпевший, выйдя из машины с фонарем в виде биты в руках, догнал С.Д.М. и Д.В.А., нанес удар ногой С.Д.М., после чего между потерпевшим * и Д.В.А. началась драка, в ходе которой Д.В.А. отнял у * названный фонарь и, отмахиваясь от потерпевшего с криком: «Уйди!», нанес ему удар, от которого тот упал на землю.

Суд первой инстанции обоснованно указал в приговоре на отсутствие оснований не доверять указанным видеозаписям, объективно зафиксировавшим события, являющиеся предметом судебного разбирательства, в связи с чем правомерно признал иные вышеприведенные доказательства обвинения соответствующими действительности и допустимыми только в той части, в которой они не противоречат содержанию видеозаписей.

Показания потерпевшего и свидетеля * судом первой инстанции правильно оценены критически и признаны недостоверными, поскольку изложенные в них сведения противоречат объективным доказательствам — видеозаписям, из просмотра которых очевидно, что именно потерпевшей * начал конфликт, догнав Д.В.А. и С.Д.М., первым нанес удар С.Д.М. ногой, и лишь после этого Д.В.А. выхватил у потерпевшего фонарь в виде биты, которым его и ударил.

При наличии вышеуказанных существенных противоречий между показаниями потерпевшего * и видеозаписями с места происшествия, суд также обоснованно, положил в основу приговора видеозаписи, исследованные в судебном заседании.

Показаниям свидетелей * эксперта * иным доказательствам по делу в приговоре суда также дана надлежащая оценка. При этом суд первой инстанции справедливо указал на то, что свидетель * очевидцем событий не являлся, свидетель * как следует из ее показаний, о событиях, послуживших причиной конфликта, не осведомлена.

На основании исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что инициатором возникшего между Д.В.А., С.Д.М. и потерпевшим конфликта явился сам потерпевший.

В соответствии с ч. 1 ст. 37 УК РФ, не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.

По смыслу указанной уголовно-правовой нормы, общественно опасное посягательство, сопряженное с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, представляет собой деяние, которое в момент его совершения создавало реальную опасность для жизни обороняющегося или другого лица. О наличии такого посягательства могут свидетельствовать, в частности: причинение вреда здоровью, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (например, ранения жизненно важных органов); применение способа посягательства, создающего реальную угрозу для жизни обороняющегося или другого лица (применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, удушение, поджог и т.п.).

При защите от общественно опасного посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия (ч. 1 ст. 37 УК РФ), обороняющееся лицо вправе причинить любой по характеру и объему вред посягающему лицу.

При изложенных выше обстоятельствах, учитывая данные видеозаписей, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что совершенное потерпевшим * общественно опасное посягательство представляло опасность для жизни и здоровья Д.В.А., и, исходя из превосходства потерпевшего по физическим параметрам, внешнего вида и характеристик предмета, используемого * в качестве оружия, неожиданности нападения, Д.В.А. воспринимал угрозу своей жизни и здоровью реально, вынужден был обороняться, используя для этой цели предмет, использованный потерпевшим при нападении на него, при этом между нападением со стороны * и действиями Д.В.А. по защите от посягательства не было разрыва во времени. Зафиксированные у Д.В.А. телесные повреждения свидетельствуют о применении к нему насилия со стороны потерпевшего.

Таким образом, судом первой инстанции сделан правильный вывод о том, что общественно опасное посягательство со стороны * было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося Д.В.А., в связи с чем при рассмотренных обстоятельствах Д.В.А. находился в состоянии необходимой обороны, и причинение им тяжких телесных повреждений *, в соответствии с ч. 1 ст. 37 УК РФ, не является преступлением.

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о невиновности Д.В.А. в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ.

Таким образом, судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения апелляционного представления, поскольку приговор в отношении Д.В.А. постановлен в соответствии с законом, основан на всестороннем и полном исследовании представленных сторонами доказательств, в ходе судопроизводства не было допущено нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы могли повлечь за собой его отмену.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

Приговор Тверского районного суда г. Москвы от 25 декабря 2018 года, которым Д.В.А. и С.Д.М. признаны невиновными и оправданы по предъявленному им обвинению, предусмотренному п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием в их действиях состава преступления, — оставить без изменения, апелляционное представление прокурора — без удовлетворения.

Наш адрес

г. Москва ул. Костякова дом 6/5