+7 (966) 145-06-86    г. Москва ул. Костякова дом 6/5

Юридические услуги адвоката в Москве

Подробнее

Главная / Судебная практика / Оправдательный приговор по статье 128.1 УК РФ

Оправдательный приговор по статье 128.1 УК РФ

Оправдательный приговор оставлен в силе

Оправдательный приговор по статье 128.1 УК РФ (клевета, то есть распространении заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию).

Приговором мирового судьи судебного участка № 6 района Силино г. Москвы подсудимая Л.Т.Г. оправдана по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 128.1 УК РФ,  за отсутствием в ее действиях состава преступления.

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

21 марта 2019 года                                                             г. Москва 

Суд в составе председательствующего мирового судьи судебного участка № 6 района Силино г. Москвы Б.Н.А.,

при секретарях …,

с участием:

частного обвинителя (потерпевшего) – * А.М.,

защитника подсудимой — адвоката К.В.А., представившего удостоверение №* и ордер №*, выданный Коллегией адвокатов «Московская коллегия адвокатов»),

защитника подсудимой — адвоката Б.Р.Р., представившего удостоверение №* и ордер №* от 31 января 2019 года, выданный Адвокатским бюро «***».

подсудимой Л.Т.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в порядке частного обвинения

в отношении Л.Т.Г., * года рождения, уроженки г. *, зарегистрированной и фактически проживающей по адресу: *, работающей в ООО «*» в должности *, *, *, невоеннообязанной, ранее не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.128.1 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Частный обвинитель * А.М. обвиняет Л.Т.Г. в клевете, то есть распространении заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию.

Так, из заявления о возбуждении уголовного дела в порядке частного обвинения следует, что 20 февраля 2018 года в 21 час 35 мин. Л.Т.Г. по адресу: * направила 14 сотрудникам ООО «*» со своей электронной почты *** письмо, в котором обвинила его (* А.М.) в том, что якобы он и три человека избили в офисе ООО «*» ее представителя. Далее она указала, что «кроме как бандитизмом это назвать нельзя». Таким образом, Л.Т.Г. распространила о частном обвинителе (* А.М.) заведомо ложные сведения, которые порочат его часть и достоинство, подрывающие его (* А.М.) репутацию. Заявив, что его (* А.М.) действия являются «бандитизмом», Л.Т.Г. обвинила его в совершении особо тяжкого преступления – бандитизм, ответственность за которое предусмотрена ст. 209 УК РФ, которая относится к категории особо тяжких преступлений. По данному факту он обратился в ОМВД по районам Силино и Старое Крюково ГУ МВД России по г. Москве. Постановлением старшего УУП майора полиции *А.Н. от 19 июня 2018 года ему отказано в возбуждении уголовного дела по ч. 5 ст. 128.1 УК РФ, разъяснено, что в  соответствии со ст. 318 УПК РФ он имеет право обратиться в суд в порядке частного обвинения, т.к. усматриваются признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ. При проведении проверки по его заявлению по постановлению от 26 февраля 2018 года старшего дознавателя ОДП майора полиции * О.М. Экспертно-криминалистическим Центром ГУ МВД России по г. Москве проведена лингвистическая экспертиза. Эксперт * О.В. предупреждена об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. По результатам проведенной лингвистической экспертизы оформлено заключение эксперта № * от 13.04.2018 года. На стр. 10 экспертом сделаны выводы, что «в представленном тексте имеются высказывания, содержащие негативную оценку в отношении ** А.М., которые представлены в форме утверждения. Имеются высказывания, в которых получили речевое выражение факты действительности или положение дел, имеющие отношение к * А.М. и выражающие негативную оценку деятельности, которые представлены в форме утверждения. Каких-либо ссылок на источник информации в данных фрагментах не имеется». При этом, при проведении проверки по КУСП 2075 от 20.02.2018 года было установлено, что представителя Л.Т.Г. – ** В.В. никто не избивал, что им не отрицается и об этом было так же известно и самой Лебедевой Т.Г При этом Л.Т.Г. не отрицает факт написания и отправки письма от 20.02.2018 года в адрес ООО «**», в котором ею распространены заведомо ложные и порочащие его честь, достоинство и подрывающие его деловую репутацию сведения с обвинением его и др. лиц в совершении особо тяжкого преступления (бандитизм). Таким образом, Л.Т.Г. распространила о ** А.М. заведомо ложные сведения с обвинением его в совершении особо тяжкого преступления, совершив преступление, ответственность за которое предусмотрена ч. 1 ст. 128.1 УК РФ.

Также частным обвинителем * А.М. заявлен гражданский иск о взыскании с Л.Т.Г. компенсации морального вреда в размере 100000 руб.

В уточнении к заявлению о возбуждении уголовного дела в порядке частного обвинения * А.М. указывает, что 20.02.2018 года подсудимая Лебедева направила со своей и используемой в настоящее время электронной почты **** на электронные почты ООО «*» по адресу: * сотрудникам письмо, в котором распространила в отношении него заведомо ложные и порочащие его честь и достоинство и подрывающие его деловую репутацию сведения: «В ваше отсутствие, 20.02.2018 г. по приказу * А.М. с его участием (всего 4 человека, включая ** В.Г.) был избит в офисе ООО «*» мой представитель – юрист, который исполнял постановление Суда. Кроме как бандитизмом это назвать нельзя… Потворствуя ему, каждый из Вас может стать ее фигурантом». Таким образом, Л.Т.Г. распространила о нем заведомо ложные сведения, которые порочат его часть и достоинство, подрывающие его репутацию: 1. * А.М. отдал приказ на совершение преступных действий. 2. Участвовал в преступных действиях. Л.Т.Г. в письме назвала его действия «бандитизмом», что расценивается * А.М. как ее мнение и ей не вменяется в вину совершение преступления, ответственность за которое предусмотрена ч. 5 ст. 128.1 УК РФ, что также подтверждается заключением эксперта № * от 13.04.2018 года ЭКЦ ГУ МВД России по г. Москве * О.В. Обвинение по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ и заявленный гражданский иск в отношении подсудимой Л.Т.Г. поддержал в полном объеме (т. 4 л.д. 148). 

Потерпевший (частный обвинитель) * А.М., допрошенный в судебном заседании, показал суду, что знаком с Л.Т.Г. с 2005 года, в родственных отношениях они не состоят, Л.Т.Г. является его бывшей коллегой, знакомой, неприязненных чувств к Л.Т.Г. не испытывает. 21.02.2018 года * А.М. приехал в офис ООО «*» по адресу: * в районе обеда. Увидел, что сотрудники ходят с опущенным взглядом, обстановка в офисе нервозная. Секретарь принесла ему электронное письмо, поступившее от Л.Т.Г., адресованное сотрудникам предприятия и на общую почту организации. В данном письме было указано, что по указанию * А.М. в офисе ООО «*» был избит представитель Л.Т.Г. – * В.В., а также, что предприятие приходит в упадок. Указанное письмо пришло в 21 час 15 мин. 20.02.2018 года с электронного ящика Л.Т.Г. * А.М. разговаривал с сотрудниками ООО «*» Г*к, Г*й, С*й, которые пояснили, что придя на работу, увидели это письмо. После произошедшего сотрудники ходили по офису, шептались. В течение месяца из компании уволилось примерно 5-6 сотрудников. По убеждению * А.М., причиной увольнения сотрудников послужило письмо Л.Т.Г.

Накануне, 20.02.2018 года * А.М. вернулся в офис с обеда. Секретарь О*а доложила, что звонил *В.В. и просил принять его в 17 часов. В 17 часов * В.В. приехал, * А.М. его принял. В кабинете * А.М. находился один, но попросил пригласить главного бухгалтера * А.А. Таким образом, изначально в кабинете находились: * А.М., * А.А. и * В.В. * В.В. сообщил, что цель его визита — исполнить решение суда и внести изменения в трудовую книжку Л.Т.Г. В.В. предъявил * А.М. доверенность, но у него (* А.М.) возникли сомнения относительно полномочий В.В., в связи с чем * А.М. попросил пригласить * В.Г. Придя в кабинет, * В.Г. попросил * В.В. предъявить документы, подтверждающие его полномочия. Однако * В.В. отказался, ссылаясь на то, что указанные документы предъявлял генеральному директору. Далее В.В., В.Г и * А.А. расположились за отдельным столом. * А.М. сел за свое рабочее место. Когда В.В. прибыл в офис, * А.М. обратил внимание, что он находится в тяжелом неадекватном состоянии. Через 6-7 минут ситуация в кабинете обострилась, В.В. требовал исполнить решение суда. * А.М. сказал В.В., чтобы тот покинул его кабинет. В.В. стал говорить, что вызовет полицию. ВГ в этот момент пытался разъяснить В.В., что исполнением решений занимаются судебные приставы, на что В.В. сказал, что никуда не уйдет, пока * А.М. не подпишет документы. Когда началась перепалка, * А.М. сказал В.В., что разговора не будет. Тогда В.В. вскочил, начал размахивать так, что со стены слетели картины. Тогда * А.М. был вынужден вызвать начальника службы безопасности В**а и вновь попросил В.В. покинуть кабинет. В*в является начальником службы безопасности и распоряжения ему может давать только * А.М. Разговор уже шел на эмоциях. Через пару минут В.В., находясь в дверном проеме, сказал, что будет ждать полицию в кабинете. В этот момент * А.М. находился возле своего стола. В.В. пытался войти в кабинет. На выходе из кабинета стояли три человека. В.В. просто не давали пройти. Затем В.В., поняв, что разговора не будет, ушел. Конец происходящего могли видеть все сотрудники предприятия. В.В. прошел по коридору, сопровождая свой уход угрозами о вызове полиции, прошел мимо секретаря и вышел. * А.М. известно, что полиция приезжала, но в офис не проходила. Хулиганство В.В. в офисе заключалось в том, что он находился в состоянии «бодуна», свернул картины, отказывался выходить.

Адрес электронной почты Л.Т.Г. известен * А.М. давно. Этот адрес знают все сотрудники. Этим электронным адресом Лебедева пользуется очень много лет, вела по нему переписку с * А.М. не только по работе. До 2017 года * А.М. был известен пароль от электронной почты Л.Т.Г. Потерпевший полагает, что спорное письмо направлено с почты Л.Т.Г. и подписано ею. Стиль письма ее. Письмо пришло на общую почту «****» и личные почты сотрудников с указанием сначала фамилии, потом «@***». Данное письмо АМ распечатал сам со служебной почты. Информация, содержащаяся в письме, является клеветой, поскольку В.В. в кабинете никто не избивал, АМ не отдавал никаких подобных приказов, бандитизмом не занимается. Л.Т.Г. прекрасно знала, что В.В. никто не избивал.

Подсудимая Л.Т.Г., допрошенная в ходе судебного разбирательства, свою вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ не признала, показала суду, что с * А.М. она знакома с 2004 года. В 2009 году они начали совместный бизнес в компаниях ООО «*», затем в ООО «1» и аффилированной компании ОАО «2». В январе 2017 года она, ее * и *были незаконно уволены * А.М. с работы, с того времени в отношении Л.Т.Г., членов ее семьи, а в последствии и в отношении * В.В. со стороны * А.М. и * В.Г. осуществляются агрессия и насилие, направленные на оклеветание, унижение человеческого достоинства четырех человек, вытеснение из бизнеса Л.Т.Г. и членов ее семьи, что свидетельствует о неприязненном отношении * А.М. и * В.Г. лично к подсудимой. В попытке исполнить решение суда — внести запись в трудовую книжку Л.Т.Г., * В.В., согласовав данный вопрос с * А.М., прибыл 20.02.2018 года в офис ООО «*». * В.В., инвалид 3-й группы, прибыл один, уверенный в законности своего поведения и мирного решения вопроса, но был встречен четырьмя людьми, избит и выставлен за дверь компании. Организация привлечения Л.Т.Г. к уголовной ответственности за клевету — это очередная провокация, направленная на устранение ее (Л.Т.Г.) как конкурента в сфере бизнеса. Представленный * А.М. документ свидетельствует, что все доказательства, включая письмо, пришедшее на адрес сотрудников с почты ***, фальсифицированы. Л.Т.Г. не подтвердила время, место, содержание и достоверность написания и отправки спорного письма, представленного в заявлении * А.М. Распространение спорного письма 14-ти сотрудникам ООО «*» ею не осуществлялось. Распространением спорного письма занимался частный обвинитель * А.М., собрав совещание и ознакомив с письмом сотрудников. Почта ** с момента ее основания в 2009 году, была создана для ведения переписки по корпоративным вопросам. Почта указывалась на сайте компании и всегда имела доступ широкого круга лиц с целью оперативности получения информации компании и написания ответов на письма, адресованные руководителю. Таковой она и остается по сей день. Пароль от почты *** известен многим. Контроль за наличием в почтовом ящике ценной информации, требующей немедленной реакции, Л.Т.Г. доверяла и доверяет сотрудникам. Знание пароля от почтового ящика ** подтвердил и * А.М. в своих показаниях. Восстановление пароля для * А.М. совершенно просто. Ответ на контрольный вопрос для восстановления пароля всегда знал * А.М. и * А.А. ООО «*», имеющее лицензию ФСБ России, обязано хранить информацию, указанную Л.Т.Г. при получении ее допуска к сведениям, составляющим государственную тайну. Такая информация содержится в контрольном вопросе для восстановления пароля. Потому данный ящик и носит формализованный характер. Л.Т.Г. полагает, что писала другое письмо. Информация, изложенная в спорном письме от 20.02.2018 г., об избиении * В.В. в офисе является правдивой и не вызывает у нее (Л.Т.Г.) никаких сомнений, так как сведения об избиении получены от него лично в четырех разговорах с * В.В. 20.02.2018 года: 17:18 — разговор * В.В. с П* А.В.; 17:30 — разговор * В.В. с Л.Т.Г. по громкой связи в присутствии * М.А.; 17:35 — разговор * В.В. с П*А.В. в присутствии Л.Т.Г.; 19:11 — разговор * В.В. на громкой связи с П* А.В. в присутствии членов семьи Л.Т.Г., включая ее. Сведения, полученные от * В.В., дают однозначную картину избиения * В.В. в офисе ООО «*» с участием *А.М., * В.Г., В*а * и в присутствии *А.А. 20 февраля 2018 года в период с 10 утра примерно до 22.15-22.30 Л.Т.Г. находилась по адресу: * в ООО «Л». Около 16.30 она встретила * В.В. у кабинета генерального директора на территории ООО «Л», где он сообщил Л.Т.Г. о том, что забирает у директора ее трудовую книжку и едет в офис ООО «*» вносить изменения, данный вопрос согласован с *А.М. Затем Л.Т.Г. вызвала к себе в кабинет * М.А. для решения текущих рабочих вопросов, та сразу пришла и находилась в ее кабинете вплоть до ухода Л.Т.Г. Около 17:20-17:28 в кабинет Л.Т.Г., где они сидели с МА, на секунду заглянул взволнованный А.В. П* и сообщил коротко: «В.В избили в *. Вызываю полицию. Собирайся, поехали» и немедленно ушел. Л.Т.Г. тут же попросила * М.А. прерваться, и подождать завершения разговора с П* А.В., чтобы дать короткие указания до конца дня. МА в телефоне начала писать сообщения. Л.Т.Г.  подошла к шкафу и начала одеваться, в это время (17:30) позвонил * В.В., Л.Т.Г. включила громкую связь, продолжая одеваться, МА стала свидетелем разговора с * В.В., который сообщил: «**». На ее (Л.Т.Г.) вопросы, как это произошло, он сообщил, что присутствовали четверо, бил * А.М, юрист * В.Г. и начальник безопасности В*, АА держался в стороне. При конфликте присутствовали * А.М. и А.А., потом появился * В.Г. и был вызван * А.М. *В. Вчетвером они начали вести себя очень вызывающе, нагло. * А.М. давал указания *В. выкинуть его из помещения. *В. выхватил из-под * В.В. стул, * В.Г. при этом бил руками и толкал телом * В.В., * А.М. ударял * В.В., делая вид, что протискивается, **В. пытался придушить за куртку. * В.В. даже громко вскрикнул, когда сзади его сильно ударили (* А.М. или *В.). Все происходило за закрытыми дверьми в кабинете * А.М. Руководил побоями * А.М. * В.В. сообщил, что ему много входящих и отключился. В процессе этого разговора с * В.В. Л.Т.Г. вышла из кабинета в поисках П*, чтобы сообщить ему о звонке * В.В. Сообщила П* А.В., что * В.В. на связи и вернулась в свой кабинет, чтобы его закрыть. Ответила * М.А. на вопрос «Нужна ли * В.В. помощь?», что «полиция уже вызвана П*, все остальное узнаем на месте» и спустилась на улицу. В период примерно с 17:34 Л.Т.Г. и П* выехали в офис «*» на *. Когда ехали в машине, * В.В. позвонил П* А.В. примерно в 17:35 и сообщил о том, что он вызвал наряд полиции, записал аудиозапись. Еще раз рассказал для П* о том, что в офисе * с ним и не собирались разговаривать, а пытались обвинить в хулиганстве. О том, что все началось с выхватывания стула В*, что * В.Г. его толкал животом и бил руками, обвинял в захвате помещения. * А.М. орал и бил, *В. бил исподтишка. В 17:37, пока П* А.В. разговаривал с * В.В., Л.Т.Г. позвонил * С.В. и поинтересовался о случившемся с * В.В., так как получил сообщение от МА (по WhatsApp) об избиении *В.В. в офисе «*».  Л.Т.Г. рассказала ему о том, что ранее ей сообщил * В.В. Услышав от * В.В., что он (* В.В.) сам вызвал полицию, поговорил с полицией и хочет немедленно уехать, П* А.В. сообщил * В.В., что они (Лебедева и П*) направляются к нему. * В.В. уверил, что в этом нет нужды, так как ему полицейские дали телефон участкового, а так как он, * В.В., плохо себя чувствует, то намерен немедленно уехать и встретиться с участковым позже. П* А.В. развернул машину в офис на ***, куда они (Лебедева и П*) и вернулись. В 17:40 П* А.В. позвонили из УВД и сообщили, что туда наряд полиции уже вызван. В 17:53 П* А.В. отправил СМС * В.В. «Если есть малейшая царапина, снимите побои» В 17:59 * В.В. перезвонил П* А.В. и сказал, что уже на выезде, плохо себя чувствует, потому обратится в больницу позже. Около 19.00 четверо: П* А.В., * С.В., * М.А. и Л.Т.Г. — собрались в кабинете Л.Т.Г., чтобы подготовить документы и передать их * С. В. для участия в судебном заседании на следующий день в *** суде вместе с * В.В. П* А. В. созвонился с * В.В в 19:11, * В.В. подтвердил ранее сообщенную информацию об избиении в офисе ООО «*», о выхватывании стула, толканиях и ударах *а В.Г., придушивании курткой *В., ударах от * А.М. * В.В. сообщил о плохом самочувствии и болях в боку. Сообщил, что вынужден отключиться из-за плохого самочувствия. Они (П* А.В., *С.В., * М.А. и Л.Т.Г.) закончили около 22.00. До этого, раньше всех уехал П* А.В. С*в А.Н., опрашивая Л.Т.Г. в рамках материала проверки *, спросил о письме, якобы написанном ею в адрес *А.М. и пояснил, что * А.М. на Л.Т.Г. подал заявление о клевете, о заявлении * В.Г. ст. УУП С*в А.Н. информацию скрыл. Л.Т.Г. сообщила, что переписка с «*» существует, но о каком письме идет речь ей не понятно. В свою очередь Л.Т.Г. предложила С*у А.Н. обсудить вопрос об административном наказании прежде всего * А.М. по фактам ее избиения, а также по избиению П* А.В. в офисе ООО «*» в январе 2017 года. Поскольку ранее С*в А.Н. сообщал, что привлечь * А.М. к административной ответственности невозможно по причине того, что * А.М. скрывается. Постановление об административном нарушении есть на * А.М., а также * А.А., но найти этих граждан он до сих пор не смог. Выяснив, что С*в А.Н. все-таки многократно встречался в офисе с * А.М., в поисках АМ нет нужды, а справка является поддельной, Л.Т.Г. стала очевидна намеренная волокита по ее заявлениям об избиениях. Данное обстоятельство вынудило С*а А.Н. быстро свернуть ее опрос. Он предложил быстро подписать написанный им текст пояснений. Написанное не поддавалось прочтению из-за неразборчивого почерка С*а А.Н.

Преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, Л.Т.Г. не совершала, просила вынести в отношении нее оправдательный приговор, заявленный частным обвинителем гражданский иск не признала.

Защитники подсудимой — адвокаты Б.Р.Р. и К.В.А. поддержали позицию подсудимой Л.Т.Г., просили ее оправдать за отсутствием в ее действиях состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ.

Согласно ч.2,ч.3 ст.14 УПК РФ подозреваемый или обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения. Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном настоящим Кодексом, толкуются в пользу обвиняемого.

              Согласно ст.15 УПК РФ уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон. Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Стороны обвинения и защиты равноправны перед судом.

Исходя из норм, установленных УПК РФ на частного обвинителя возлагается обязанность представлять доказательства, которые в своей совокупности подтверждали бы виновность лица, в отношении которого подано заявление о привлечении к уголовной ответственности в порядке частного обвинения.

В подтверждение обвинения частным обвинителем представлены и судом исследованы следующие доказательства:

— заявление о привлечении Л.Т.Г. к уголовной ответственности в порядке частного обвинения по ч.1 ст.128.1 УК РФ (т. 1 л.д. 3-6);

— заявление-уточнение о привлечении Л.Т.Г. к уголовной ответственности в порядке частного обвинения по ч.1 ст.128.1 УК РФ (т. 4 л.д. 148);

— копия постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 18 июня 2018 года по заявлениям * А.М., * В.Г. (т. 1 л.д. 7-18);

— копия заключения эксперта № * от 13 апреля 2018 года ЭКЦ ГУ МВД России по г. Москве (т. 1 л.д. 19-28);

— письмо от имени Л.Т.Г., поступившее 20 февраля 2018 года в 21 час 35 мин. в адрес ООО «*» (т. 1 л.д. 29);

— документы, характеризующие личность * А.М. (т. 2 л.д. 2-29).

Допрошенный в ходе судебного следствия * В.Г. показал суду, что 20.02.2018 года он готовился к процессу в ** суде, поэтому приехал в тот день в офис ООО «*». Примерно в 17 часов ему кто-то позвонил (кто именно, не помнит) и попросил зайти в кабинет * А.М. В его кабинете уже находился * В.В., с которым ранее  * В.Г. знаком не был. Вид у * В.В. был как будто с «бодуна». * А.М. попросил * В.Г. проверить полномочия * В.В. Однако у  В.В не было оригинала доверенности. В.В в  грубой форме требовал внести изменения в трудовую книжку Л.Т.Г. * А.М. попросил * В.В. покинуть его кабинет, а  *В.Г. сказал * В.В., чтобы он обращался к судебным приставам-исполнителям. При данном разговоре присутствовали *А.А. и В*. В какой именно момент в кабинете * А.М. появился В*, * В.Г. не помнит, однако знает, что все приходы Л.Т.Г. и П* А.В. происходили конфликтно. * А.М. неоднократно сказал В.В., чтобы тот покинул его кабинет. От входа в кабинет * А.М. до стола небольшое расстояние. В.В. сказал, что вызовет полицию и будет записывать все происходящее в кабинете. Все, что требовал * А.М. от В.В., это покинуть его кабинет. Под конец * А.М. сказал: «Все, разговор окончен!». В.В. назвал одного из присутствовавших в кабинете нецензурным словом. В.В. все время продолжал провоцировать конфликт. Он вскочил, со стены полетели портреты, он начал сбивать их плечами, руками. * В.В. провожали до выхода, чтобы убедиться, что он ушел, поскольку ООО «*» имеет лицензию ФСБ и Минобороны.  * В.В. пошел ждать полицию на улице. Он сам в своих объяснениях указал, что в медицинские учреждения не обращался, был просто словесный конфликт. После произошедшего * А.М. поехал в полицию писать заявление о принятии мер к * В.В. по поводу его хулиганских действий в офисе ООО «*». 21.02.2018 года, придя в офис *В.Г. увидел, что все ходят и шушукаются, у всех шок. Все 14 человек, которые есть в офисе, получили письмо от Л.Т.Г.  Согласно письму Л.Т.Г., *А.М. отдал приказ и * В.Г. в составе организованной бандитской группировки избил ее представителя. То есть *А.М. – главарь, а * В.Г. – исполнитель. При этом * В.В. в своих объяснениях четко пояснил, что был словесный конфликт. Заявление о нанесении  *В.В. побоев он начал подавать в полицию лишь 27.11.2018 года, то есть уже после возбуждения данного уголовного дела в отношении Л.Т.Г. за клевету. Почтовый ящик «*» принадлежит Л.Т.Г. Если бы В* ударил В.В., скорую помощь нужно было бы вызывать. При этом, В.В., выйдя из офиса, спокойно сел за руль и уехал домой.  Л.Т.Г. точно знала, что * В.В.  никто не избивал, заведомая ложность ее письма в том, что таких событий не происходило.

Свидетель обвинения * А.А., допрошенный в ходе судебного следствия, показал суду, что * А.М. является его * и руководителем, с Л.Т.Г. знаком с 2010 года, неприязненных отношений между ними нет. 21 февраля 2018 года * А.А. получил письмо от Л.Т.Г. Данное письмо пришло на общую почту «i*o@*» и личную. Электронная почта «i*o@*» — это корпоративная почта, к ней есть доступ в директора * А.М., у * А.А., у секретаря компании и у * Н.А. Сколько сотрудников прочитало письмо, ему (* А.А.) не известно, однако он знает, что оно было разослано еще и по личным адресам сотрудников.  Письмо *А.А. прочитал его на своем компьютере, поступило оно от Л.Т.Г. С 2010 года Л.Т.Г. использует почту «*». В этой почте письма от нее. В конце письма указано «Л.Т.Г.» или «Т* Г*». В письме указано, что ВГ и * А.М. – участники организованной бандитской группировки, что это бандитизм, эти сведения являются клеветническими. 20.02.2018 г. *А.А. находился в кабинете директора ООО «*», где также находился * В.В. * В.В. показал доверенность. Затем подошли ВГ и В*. ВГ пришел, так как возникли юридические вопросы. В* просто наблюдал. * В.В. требовал внести изменения в трудовую книжку Л.Т.Г. В какой-то момент * В.В. встал из-за стола, начал махать руками и скинул портреты со стены. * А.М. попросил В.В. покинуть кабинет. К * В.В. ни в каком виде физическая сила не применялась, никакой агрессии по отношению к В.В. не было. Никто не пытался вынуть стул из-под него. После того, как В.В. начал размахивать руками и скинул портреты, он добровольно встал и вышел из кабинета. Минут через 5, после того, как В.В. пришел, он вызвал полицию из-за того, что * А.М. отказался исполнить решение суда. *А.М. предлагал В.В. дождаться полиции у секретаря, но В.В. все просьбы игнорировал. * А.М. не  кричал, но разговор происходил на повышенных  тонах. В.В. был агрессивен, не совсем адекватен. Уходя, В.В. ни на что не жаловался, ни за бок, ни за что-то еще не держался. После получения от Л.Т.Г. письма, по офису пошли слухи, сотрудники постоянно спрашивали, кого избили, после чего примерно четыре человека уволилось: Б*т, С*а, Г*к и еще кто-то. От Л. неоднократно поступали письма, уволившиеся сотрудники  сказали * А.А., что устали от полиции и от всего происходящего. Ранее от Л.Т.Г. поступали письма, содержащие призыв к сотрудникам и ложную информацию. У каждого сотрудника есть личная  почта, а у некоторых (у * А.А., * Н.В., О*й и * А.М.) есть общая почта. Письмо от Лебедевой 20.02.2018 года поступило как на личные почты сотрудникам, так и на общую. В письме указан адрес рассылки.

Свидетель обвинения * Н.В., допрошенный в ходе судебного следствия, показала суду, что в настоящее время с Л.Т.Г. у нее нет никаких отношений, ранее были рабочие. * А.М. – ее работодатель, генеральный директор ООО «*», * В.Г. – представитель * А.М. Неприязненных отношений у свидетеля ни к кому нет, повода для оговора не имеет. 20.02.2018 года пришло письмо на общую почту «i*o@*» и личные почты сотрудников с указанием фамилии. Письмо пришло на личные почты: С*й, Г*к, М*й, Б*а и М*и. В письме было указано, что 20 февраля 2018 года в отсутствие сотрудников был избит представитель Л.Т.Г. – * В.В. При событиях 20 февраля 2018 года * Н.В. присутствовала. Визит * В.В. был согласован. * В.В. позвонил в домофон, * Н.В. его проводила в кабинет к * А.М. Примерно через 10 минут * В.В. по просьбе *А.М. вышел из кабинета. Кто находился в кабинете * А.М., свидетель не помнит, но ей известно, что было 4 человека. * Н.В. находилась на расстоянии 5-7 метров от кабинета * А.М. * А.М. открыл дверь в свой кабинет и громко сказал * В.В.: «Покиньте мой кабинет». * В.В. какое-то время кабинет не покидал. Свидетель * Н.В. не слышала, чтобы * А.М. давал указания избить * В.В. Что происходило в кабинете * А.М., ей не известно, но никаких звуков борьбы свидетель не слышала. 20.02.2018 года полиции в офисе не было. Почта «*» принадлежит Л.Т.Г., она всегда писала с этой почты. Получив письмо, сотрудники компании были удивлены, сначала они обсудили это между собой, потом стали подшучивать над * В.Г., он на шутки реагировали агрессивно, говорили «отстаньте». Поступившее письмо — это первое письмо от Л.Т.Г. такого содержания, предыдущие письма были похожи на это. После данного письма люди стали увольняться, по мнению * Н.В., именно из-за письма, так как всем надоели бесконечные приходы полиции, допросы. На личные почты письмо получили: С*а, Г*к, М*а,  Б*т, М*я (этой почтой пользуется **). У остальных общая почта: у * Н.В., * Н.А., *А.А., * А.М. В письме указано «уважаемые коллеги, 20.02.2018 года в офисе ООО «*» по приказу * А.М. был избит мой представитель * В.В……. Не иначе как бандитизмом это назвать нельзя….. в отношении компании идут уголовные дела…..», заведомо ложными являются сведения об избиении представителя Л.Т.Г. Ни один пароль от электронных почт сотрудники не знают, почты пароли не содержат, в компьютерах все установлено по умолчанию. В настоящее время место Л.Т.Г. в офисе занимает * Н.А.

Допрошенный свидетель обвинения * Н.А., показала суду, что * А.М. приходится ей * и является генеральным директором компании, где она работает. * В.Г. является представителем компании. С Л.Т.Г. *Н.А. знакома, неприязненных отношений к ней не испытывает, конфликтов между ними не было. * Н.А. работает в должности коммерческого директора. 20 февраля 2018 года с электронной почты * пришло письмо на общую почту компании, которую читает * Н.А., и некоторым сотрудникам в отдельности, но прочитать письмо смогли только 21 февраля  по  приходу на работу. В.В.ерху данного письма был указан электронный адрес * с расшифровкой, что оно пришло от * Л.. Также в тексте письма было указано, что оно было отправлено Л.Т.Г. – одним из учредителей компании ООО «*». В письме было указано, что генеральный директор группой лиц избил ее представителя 20 февраля 2018 года в офисе в *. Так же было написано, что директор занимается бандитизмом, что ведутся суды, что она, как учредитель, запретила вести ему деятельность, и считает деятельность компании незаконной, так же с припиской, что все сотрудники могут стать ее фигурантами. * Н.А. избиение представителя Лебедевой не видела, избиения не было, так как никаких скандалов и драк в офисе 20 февраля 2018 года не было. В 17:00 20 февраля 2018 года * Н.А. находилась на работе. Кабинет * Н.А. самый удаленный от его кабинета, дверь в кабинет у нее всегда открыта. Когда все прочитали 21 февраля 2018 года письмо, были очень удивлены, так как никаких драк в офисе мы не наблюдали, а на следующий день получили письмо такого содержания. Соответственно все сотрудники между собой начали это обсуждать, удивляться, пошли какие-то слухи «кто и что видел? Кто это был?». С * А.А. * Н.А. тоже разговаривала, потому что он присутствовал в тот момент, когда находился представитель Л. в кабинете * А.М., он (* А.А.) так же подтвердил, что никакого избиения представителя Л. не было. Письмо с почты * прочитало порядка 13-14 человек. Это письмо для сотрудников было неожиданно, они очень были удивлены данному письму, настороженны, пошли слухи, разные пересуды, задавалось очень много вопросов. В ближайшие две недели сотрудники начали увольняться. В начале марта уволился первый сотрудник Б*т, потом уволилась М*а, а за ней Е*а и Г*к. Все увольнения произошли непосредственно после письма в течение месяца или полутора месяцев. От секретаря * Н.А. было известно, что пришел представитель Л.Т.Г., его приход свидетель не видела. На тот момент причина его прихода * Н.А. не была известна. Она стала ей известна позднее, во время обсуждения происходящего. В кабинете присутствовал генеральный директор, представитель компании, финансовый директор и начальник безопасности В*. Представитель Л.Т.Г. выходил из кабинета * А.М. самостоятельно, в совершенно здоровом виде, его провожал  * А.М., который с ним попрощался и закрыл за ним дверь. Это было после 17:00 и до 17:30. * А.М. положительный человек, который может найти общий язык со всеми своими сотрудниками, избегая скандалов и конфликтные ситуации. Незаконных приказов, в том числе об избиении кого-либо он никогда не давал и давать не мог. * В.Г. — спокойный уравновешенный человек. В тот день, когда приходил В.В., * Н.А. полицию не видела. У каждого сотрудника есть корпоративный почтовый ящик. Есть общая электронная почта *. А корпоративные, это ящики сотрудников: сначала указывается фамилия или имя, затем ***.ru Со своего компьютера в почту другого сотрудника * Н.А. зайти не может. Почта *@*.ru приходит секретарю, * Н.А.,  генеральному директору и финансовому директору. В компании есть системный администратор, который установил все эти почты, * Н.А. заходит со своего компьютера в почтовый ящик, не В.В.одя пароль. У других сотрудников доступа к данной почте нет. * Н.А. видела другие экземпляры письма от Л.Т.Г., ей  их показывали сами сотрудники. Сотрудники после 20 февраля 2018 года уволились именно в связи с поступившим письмом от имени Л. * Н.А. с ними разговаривала, их очень волновала тема судебных разбирательств, а также очень частое нахождение в офисе до этого случая представителей полиции. Ранее сотрудники не знали о действующих судебных разбирательствах и узнали о них только из данного письма.  * Н.А. считает заведомо ложными в письме обвинение в избиении, бандитизме и указания на то, что фирма осуществляет незаконную деятельность. Причинами увольнения сотрудников являлись: боязнь стать фигурантами каких-то незаконных операций,  сотрудников настораживало, что приходила полиция, а также что приходят сторонние люди, которые устраивают скандалы. После 21 февраля 2018 года АМ пояснил, что приходил представитель Л., требовал какие-то документы, а АМ просил покинуть кабинет. Он пояснял, что приходил представитель Л. в жесткой форме требовал какие-то документы, они просили выйти из кабинета, поскольку его приход не был запланирован, согласован. Его никто не трогал, не бил. Показали рамки разбитые, сказали, что он махал руками, повредил определенные вещи.

Допрошенный в ходе судебного следствия свидетель обвинения * И.В. показал суду, что являлся сотрудником ООО «*» в период с апреля 2014 года по сентябрь 2018 года. С * А.М. знаком, он (АМ) является генеральным директором ООО «*». * В.Г. представлял интересы ООО «*». Л.Т.Г. являлась заместителем генерального директора ООО «*». Неприязненные чувства к участникам процесса * И.В. не испытывает.

* И.В. был в офисе 20 февраля 2018 года. В конце рабочего дня в офис в районе 17:00 часов пришел представитель Л.Т.Г. и проследовал в кабинет генерального директора. Когда представитель зашел, кабинет закрыли. * И.В. находился за дверью. Беседа с представителем Л.Т.Г. в кабинете генерального директора длилась не больше 15 минут. В кабинет заходил ВГ, *А.А. и В*. Сначала зашел ВГ, затем зашел АА и В*. Беседу в кабинете свидетель не слышал, за дверью было тихо. Спустя время, дверь открыли и * А.М. попросил представителя удалиться из офиса. При открытой двери В.В. стоял спиной к * И.В., в дверном проеме, дальше стоял В*, АА и ВГ стоял напротив В.В.. В.В. и ВГ находились друг от друга на расстоянии 2-2,5 метра. Все находились примерно на одном расстоянии, стояли вокруг стола. Свидетель не слышал, чтобы АМ давал указание сотрудникам применить к В.В. физическую силу. Когда выходил В.В. из кабинета, расстояние сократилось между ними. ВГ так же остался стоять, * А.А. и В* приблизились к В.В. на расстоянии не более одного метра. *А.М. остался на своем рабочем месте. * А.М. сначала спокойно просил В.В. выйти, затем голос повысил. Звуков борьбы или чего-то подобного * И.В. не слышал. Физическую силу к * В.В. никто не применял, все было на словах. В.В. говорил, что он не уйдет, пока не исполнит решение, что он будет ждать сотрудников полиции. * А.М. на это ему сказал: «Иди, жди полицию на улицу». * И.В. не слышал не звуков борьбы, не ударов, не потасовок, не криков. В.В. из кабинета вышел спокойной походкой, без каких-либо видимых повреждений, дубленка порвана не была.  * А.М. прошел с В.В. к выходу и попрощался, спокойно сказал «До свидания» и В.В. вышел.  * А.М. произносил эти фразы «вон отсюда», В.В. ответил, что он никуда не уйдет, что будет вызывать сотрудников полиции, на это ему предложили выйти из офиса, вызывать и ждать сотрудников полиции за территорией офиса. Когда В.В. просили выйти из кабинета, он сказал: «Я уйду после того, как исполню решение». Слова: «Не применяйте ко мне насилие» * И.В. не слышал. Далее * А.М. прошел с ним вместе к выходу из офиса. * В.В. вышел абсолютно спокойно, ровной походкой, не качался, одежда целая, портфель целый. Сотрудников полиции в этот день в офисе * И.В. не видел. После того как В.В. ушел, * А.М. попросил его (* И.В.) зайти к нему в кабинет. Когда * И.В. зашел, на полу в кабинете лежали две рамки с треснутым стеклом А4. * И.В.  пояснили, что в момент, когда В.В. махал бумагами, он сбил данные рамки. * И.В.  эти рамки собрал и поменял на новые.  21 февраля 2018 года в 9 часов утра сотрудники пришли в офис. ** Н* (секретарь) сказала, что на электронный адрес ООО «*» прислано письмо. В письме было написано, что представителя Лебедевой избили, что ОПГ в составе 4 человек били представителя, так же она поясняла в письме, что на АМ заведено уголовное дело. В письме было написано, что она запретила * А.М. осуществлять крупные сделки. В письме говорилось про организацию ААААА, что эта организация активно судится с организацией *, чтобы сотрудники не потакали АМ и не стали соучастниками противозаконных дел. * И.В. читал это письмо, ему дала его прочитать Н. Письмо пришло на корпоративную почту и на почтовые ящики сотрудников: Б*т, С*й, Г*к, К*й, М*й. Ознакомились с данным письмом все сотрудники офиса, с ним ознакомил всех * А.М. Прочитали данное письмо 12-14 человек. С письмом были ознакомлены: * А.М., * А.А., * Н.А., В*, ВГ, Ш*к, Г*к, Г*а, Б*а, Б*т, С*а, Е*в, М*а, Н.  ВГ расспрашивали, что было на самом деле. * А.М. отнесся к этому письму нервозно. Почтовый ящик *  * И.В. известен. С этой почты он получал письма от Л.Т.Г. Данная почта принадлежит лично Лебедевой, к корпоративной почте она не относилась. * И.В. не видел, чтобы В* применял насилие к В.В., чтобы у В.В. кто-нибудь забирал стул, когда он сидел, сталкивал его со стула. * И.В. не видел смысла работать в организации, где между хозяевами постоянные склоки, данное письмо было одной из причин для увольнения. Другие сотрудники уволились по этим же причинам в том числе. 21 февраля 2018 года, когда сотрудники начали задавать вопросы * А.М., он собрал всех сотрудников после обеда и всем объяснил, что все работают, как и работали, никаких противоправных действий ни к кому не применялось.

Допрошенный свидетель защиты * В.В. показал суду, что с Л.Т.Г. работает в ООО «Л», она в компании занимает должность заместителя генерального директора, директором является ее *. *В.В. знаком с Лебедевой с февраля 2017 года. * А.М. знает где-то с мая 2017 года, * В.Г. с февраля 2018 года. Неприязненных отношений у свидетеля ни к кому нет, повода для оговора не имеет. С * В.Г. * В.В. познакомился в феврале 2018 года, когда приехал в офис к * А.М. для внесения изменений в трудовую книжку Л.Т.Г. Примерно за неделю до 20.02.2018 года * В.В.  позвонил в офис ООО «*» для согласования визита к * А.М. 20.02.2018 года в 17 часов * В.В. прибыл в офис ООО «*». Ему открыли дверь, в холл вышел главный бухгалтер, они прошли в кабинет * А.М. * В.В. предъявил ему оригинал доверенности. * А.М. сверил его данные в доверенности и попросил * А.А. сделать копию. *А.А. ушел. Через какое-то время он вернулся.  * А.М. попросил позвать юриста. Пришел В.Г. и начал на повышенных тонах требовать от * В.В. доверенность и паспорт. * В.В.  ему в ответ сказал: «Кто вы такой?», на что * В.Г. обозвал его. * В.Г. сказал * В.В.: «Что вы здесь делаете?», далее стал задавать ему вопросы относительно его доверенности. * В.В. начал тоже громче разговаривать. На него давили * А.М. и *В.Г. * А.А. стоял в стороне. * В.В.  сидел за столом совещаний спиной к двери. * В.Г. стоял напротив него. ВГ начал предъявлять * В.В., что он незаконно занимает помещение. После чего * А.М. велел позвать начальника службы безопасности. Пришел В*, которого * В.В.  ранее не знал. * А.М., * В.Г. и В* обошли стол и подошли к * В.В. В* выхватил стул из-под * В.В. * В.Г. и * А.М. начали его «выдавливать» руками. В* попытался вытащить * В.В. за спину. * В.Г. отстранился. * А.М. справа от * В.В.  начал прорываться. В какой-то момент * В.В. получил удар в левый бок со спины. Рядом с ним в этот момент были * А.М. и В*. Со спины находился В*, * А.М. пытался пройти мимо * В.В. * А.М. пытался пройти мимо * В.В., как бы толкая его к выходу. * В.В.  сопротивлялся им. В какой-то момент * В.В. взял и оттолкнул их от себя. * В.Г. был только в начале потасовки, затем он отошел в сторону. После удара (скорее всего это был В*) * В.В.  крикнул, что вызову полицию. Они выдворили * В.В. из кабинета, обвинили в хулиганстве. * В.В.  развернулся и пошел к выходу, кто его сопровождал, не помнит. Выйдя из офиса, * В.В. на диктофон произнес, что запись окончена в 17 часов 17 минут. В офисе он никому не звонил. * В.В.  вышел оттуда и вызвал полицию. Из машины позвонил П*о, потом Лебедевой. Сказал, что не смог выполнить поручение, так как *А.М., * В.Г. и В* применили к нему физическую силу, выкинули из кабинета. Применение физической силы заключалось в том, что его толкали и вышвыривали из кабинета. Возможно, он сказал Л.Т.Г., что его избили. Откуда * В.В. вызывал полицию, он не помнит, возможно из офиса. Полицию * В.В. стал ждать на улице. Полиция приехала в 17.40. Когда наряд прибыл, * В.В. попросил их пройти в офис, что бы они засвидетельствовали факт отказа *а А.М. от исполнения решения суда. Они отказались и дали телефон участкового. Пообщавшись с * В.В.  минут 5-7, они уехали. Потом * В.В. поговорил с П*о. Также пояснил, что физических повреждений у него не было. * В.В. был на взводе, доехал до дома, выпил лекарство и лег спать. У него было какое-то состояние аффекта. По факту применения к свидетелю физической силы, он только сейчас обратился в полицию. До этого участковый его опрашивал по факту хулиганства. На тот момент * В.В.  не знал, что толкание — это применение физической силы, побои. О том, что толкание является насилием, *В.В. узнал, только когда прочитал заключение эксперта. То, что В* нанес ему удар в бок, * В.В. не отреагировал. В* его ударил, бок болел два дня, но у него бывают боли в почках, поэтому он это не связал. Когда *В.В. позвонили из полиции и сказали приехать, он находился уже на трассе, в возбужденном состоянии, поэтому сказал, что на нем телесных повреждений нет. Лист нетрудоспособности * В.В. не оформлял. С П*о * В.В. общался около 18 часов, после отъезда полиции. Во сколько В.В. созванивался с Лебедевой, он не помнит. На взгляд * В.В., к нему была применена физическая сила, он считает, что это было избиением. С письмом от имени Л.Т.Г. В.В. ознакомился 17.10.2018 года. Приказ * А.М. заключался в том, что он сказал: «Выкиньте товарища отсюда».

Свидетель защиты * С.В., допрошенный в ходе судебного следствия, показал суду, что с * В.Г. он знаком с 2017 года, с * А.М. знаком с 2006 года, ранее работали вместе. Неприязненных отношений к ним не испытывает. Л.Т.Г. ему приходится * и начальницей. * С.В. работает в ООО «Л» в должности технического директора. 20 февраля 2018 года его написала ** о том, что на их представителя В.В. напали в *», избили и вышвырнули из офиса, подробностей произошедшего она не знала. После этого позвонил Л.Т.Г. с целью узнать подробности, она сообщила, что действительно на В.В. напали в офисе, избили в присутствии четырех лиц: АМ, АА, * В.Г. и В* – начальник службы безопасности, что они сейчас поедут туда и попытаются разобраться в ситуации. Поделились впечатлениями об этой ситуации, о том, что это какой-то беспредел, происходят какие-то странные вещи, избивают представителя-юриста, совсем постороннего человека. Затем * С.В. вернулся в офис, дождался всех остальных. Судя по сообщениям, в 17:37 * С.В. переговорил с **, минуты 3-4 у них занял разговор и после этого минут через 20-30 * С.В. поехал в офис и где-то в 18:30 уже был там. Где-то к 19:00 они все собрались: * С.В., Л.Т.Г., П*о А.В., * * и созвонились с В.В. по громкой связи, он подтвердил в очередной раз, что на него напали вчетвером в офисе *, что пытались придушить его курткой, выдергивали из-под него стул, наносили удары сзади.  Конкретно наносили удары сзади, судя по всему, это был * А.М., выдергивал из-под него стул ВГ вместе с В*. * А.А. стоял в стороне и наблюдал. * В.В. пожаловался на плохое самочувствие, сказал, что больше разговор вести с ними не может, ему плохо, он поехал домой отдыхать. В тот вечер они были в офисе часов до 22.00-23.00. 21 февраля 2018 года * С.В.  с *В.В. встретился в здании ** суда, где В.В. дал * С.В. прослушать аудиозапись конфликта. В ходе прослушивания * С.В. узнал все голоса, которые присутствовали на этой записи, услышал крики * А.М., услышал их скандальное поведение, как В.В. просил не применять к нему физическую силу, звуки ударов, звуки падающей мебели. В.В. дал свои комментарии, что это довольно неприятная ситуация для него, очень похожа на 90 годы. Он сказал, что это бандитизм и беспредел, что так делать нельзя. 20 февраля 2018 года В.В. жаловался на состояние здоровья, боли в боку, 21 февраля 2018 года ему было лучше. *С.В. видел текст письма, якобы написанного Л.Т.Г. Такое письмо можно распечатать на любом компьютере. В должностные обязанности * С.В. входит обслуживание сетевой  и компьютерной инфраструктуры, поддержка технических решений компании, разработка новых технических решений, руководство непосредственных исполнителей, контроль за работоспособностью оборудования, гаджетов сотрудников компании, с помощью которых производится работа с документами, переписка по электронным адресам, доступ к социальным сетях, посещение сайтов, просмотр файлов всевозможных форматов. У Л.Т.Г. имеется несколько электронных адресов с логином «***». * С.В. имеет постоянный доступ к этим электронным адресам. Одна из основных задач — поддержание компьютерной безопасности на предприятии извне, чтобы никто не завладел какой-либо информацией, оценивают количество угроз к почте в случае взлома, принимают меры, меняют пароли. Из-за угроз, хакерских атак, несанкционированных взломов приходилось менять пароли. На электронных адресах Л.Т.Г. также менялись пароли в связи с необходимостью сделать это по времени, с подозрением на хакерские атаки, в связи с запросом Яндекса о том, что пароль пора сменить. Электронная почта ***. заведена в 2009 году с целью использования ее как общественной почты при работе в фирме ООО *». Тогда ее использовали для общения с заказчиками, обмены данными, до создания корпоративной почты на домене **.ru и продолжали ее использовать для обмена данными со старыми заказчиками, к ней доступ был у определенного круга менеджеров и определенного круга сотрудников предприятия, за 7 лет, это большой перечень людей. На текущий момент эта почта  используется в тех же целях.  За 7 лет компания сменила всего 2 адреса. На ул. ** сетью занимался электронная почта, позже они привлекли стороннюю организацию, так как задач становилось больше. Потом переехали на ****, где была построена сеть предыдущими арендаторами, обслуживающая организация помогла им установить новый сервер и перенести почту в более удобные места. Была организована система, в которой были рабочие места с логинами и паролями, большинство сотрудников обменивалось своими логинами и паролями от своих рабочих мест для доступа к информации. На каждого сотрудника была заведена почта под доменом **.ru, но некоторые сотрудники использовали свои личные почты, в частности Л.Т.Г. использовала свою личную почту, * А.М. также использовал личную почту, * А.А. использовал свою личную почту на доменах, не принадлежащих компании **», так как по этим адресам велась деловая переписка до этого. Доступ к логинам и паролям собирала секретарь О**а, по приказу генерального директора она составляла перечень с логинами и паролями сотрудников. Доступ к этому листу был у * А.М. и у * Н. Если воспользоваться логином и паролем при входе в компьютер, то дальше никакая программа отдельно не содержала пароль. Попав на рабочее место сотрудников, можно было зайти в его почту, в браузер, и посмотреть список паролей для разных почт, можно было посмотреть переписку с другими сотрудниками, а так же конкретные файлы организации. Пароли для входа в компьютер Л.Т.Г. были известны О*й, * А.М. и *С.В., так как он занимался обслуживанием организации в техническом плане. С 2016 года между * А.М. и ТГ начались конфликты на финансовой почве. В начале 2017 года АМ устроил техническое совещание, на котором он отстранил от работы Л.Т.Г., П*о А.В., а впоследствии и * С.В..,  а затем уволили. С момента увольнения с 2017 года около 4 раз менялись пароли от электронной почты. После ухода из ООО «*» пароль менялся в феврале 2018 года. Приходилось восстанавливать пароль в начале 2017 года и вначале 2018 года. Были аналогичные проблемы.  В 2018 году, когда менялись пароли около двух раз. 20 февраля 2018 года, когда они находились в офисе, Лебедева пользовалась компьютером. Почта * взламывалась перед каким-то изменением паролей, предположительно 18.01.2018 года, но протоколов никаких не заполнялось.

Свидетель защиты * М.А., допрошенная в ходе судебного следствия, показала суду, что  * А.М. и * В.Г. ей знакомы, ее супруг и * Л.Т.Г. с ними работали. 20 февраля 2018 * М.А. и Л.Т.Г. находились в офисе в кабинете подсудимой по адресу: * и решали рабочие вопросы. Около 17:24 зашел П* А.В., он был взволнован, у него в руке был телефон, он сказал, что ему позвонил * В.В., и сказал, что он был избит в офисе компании ООО «*». АВ сказал ТГ, что он будет вызывать полицию, вызывает сейчас на данный момент полицию, чтобы она собиралась, что они туда поедут. В этот момент ТГ сказала свидетелю: «**, мы сейчас прервемся, больше работу обсуждать не будем», и пошла одеваться. * М.А. в этот же момент написала сообщение мужу о том, что В.В. избили, когда он находился в офисе в компании «*». ТГ одевалась и в этот же момент ей позвонил В.В. и она приняла разговор на громкой связи, В.В. сказал, что он был избит в офисе компании «*», что в офисе находилось 4 человека: АМ, АА, ВГ и В*, что это бандитизм и беспредел. Далее ТГ взяла телефон и вышла из кабинета, * М.А. в 17:29 сразу же написала сообщение своему мужу «В.В. ***». Л.Т.Г. минуту-полторы отсутствовала, затем зашла в кабинет и сказала, что действительно В.В. был избит, он еще раз назвал ей фамилии тех людей, которые находились в тот момент в офисе. Она сказала, что они сейчас с П*АВ поедут, будут вызывать полицию, В.В. вроде тоже вызвал наряд полиции, и сказала, что вечером будем продолжать обсуждение. В.В. также звонил П* А.В. Такие слова как бандитизм, беспредел, хулиганство, мошенничество — употребляются в бытовом контексте и они не могут быть рассмотрены так, как предлагается стороной обвинения. Около 19:00 вечера * М.А. вернулась в офис, в этот же день они все: * М.А., Л.Т.Г., * С.В., П* А.В. созванивались с В.В., он еще раз подробно подтвердил факт своего избиения: когда он находился в кабинете, его избили, ВГ вместе с В* выдергивали из-под него стул, В* дергал его за куртку и пытался придушить, что АМ под предлогом того, чтобы пройти, толкал его животом, сворачивал какие-то картины и т.д., В.В. сказал, что себя плохо чувствует, у него боли в боку, разговор был несколько минут, затем в течение вечера они все готовились к суду, который должен был состояться на следующий день по незаконному увольнению мужа свидетеля, и около 22:30-23:00 все разъехались. Никаких писем при свидетеле в тот день не отправлялось и их направление не обсуждалось. Пользовалась ли в тот день Л.Т.Г. компьютером, свидетель не помнит. У Л.Т.Г. есть несколько электронных почт, все свидетель назвать не может. Сейчас у нее почта корпоративная – *@*. Электронная почта * ей не запомнилась.

Свидетель защиты П* А.В., допрошенный в ходе судебного следствия, показал суду, что Л.Т.Г. он приходится * и *. С * А.М. знаком с 2009 года. * В.Г. знает с 27 января 2017 года. 20 февраля 2018 года в 16:30 свидетель передал * В.В., который является представителем Л.Т.Г., трудовую книжку Л.Т.Г., он (В.В.) был абсолютно трезвый. * В.В. заранее договорился с секретарем ООО «*» о том, что к 17:00 20 февраля 2018 года он прибудет по адресу:  *, для того чтобы * А.М. добровольно исполнил решение * суда по незаконному увольнению Л.Т.Г. и внес соответствующую запись в трудовую книжку. В 16:45 * В.В. отбыл на своем автомобиле в сторону ООО «*». В 17:18 В.В. дозвонился П* А.В. и сообщил по телефону о том, что поручение, которое ему было дано, он выполнить не смог, потому что в офисе ООО «*» был избит и выкинут из кабинета генерального директора, к нему было применено физическое насилие. На наводящий вопрос, кто присутствовал в кабинете, он сказал, что там было 4 человека: АМ, ВГ и В* – начальник службы безопасности, после этого разговор прервался, разговор длился около полутора минут. Потом П*АВ пытался дозвониться В.В., но тот не отвечал. Поскольку ранее с АМ были конфликтные отношения с января 2017 года, в 17:29 П* А.В. вызвал по номеру 112 полицию, сообщил сотруднику полиции, что имеет основания опасаться за жизнь и здоровье * В.В. и просит направить наряд в адрес ООО «*». В 17:35 * В.В. еще раз позвонил П*АВ и рассказал, что когда он пришел в офис, с ним практически никто не стал разговаривать, стали оспаривать его доверенность, стали вырывать стул из-под него, что он чуть не упал, стали его толкать и бить руками, били втроем. Его конкретно бил АМ, ВГ, толкая телом, нанося удары по корпусу, В* нанес сзади один удар в области почек. На него пытаются повесить хулиганство, что он, сшиб портреты, хотя это сделал * А.М.. * В.В. неоднократно, не менее 6 раз просил не применять к нему физическое насилие, он является **. В результате, когда его выкинули из кабинета, он вызвал сотрудников полиции. Когда в 17:19 П*АВ пытался еще раз позвонить В.В., свидетель с Л.Т.Г. сели в машину и поехали в сторону **. В 17:30 В.В. позвонил и сказал, что пообщался уже с сотрудником полиции и собирается ехать домой. В 17:40 П* А.В. позвонили представители УВД по факту его вызова и сообщили, что до его вызова * В.В. вызывал наряд, что этот наряд уже находится на территории *. В 17:53 П*АВ направил * В.В. смс-сообщение: «**». В 17:59 П* А.В. еще раз позвонил * В.В., сказал, что он плохо себя чувствует, собирается ехать домой, у него после избиения поднялось давление (он страдает сахарным диабетом), и что он хочет поехать отлежаться домой. В 19:11 П* А.В. еще раз позвонил * В.В. попросить, чтобы он все-таки обратился в травмпункт, но не дозвонился. Через минуту * В.В. перезвонил П* А.В. и  сказал, что он обязательно обратиться в травмпункт, но немного позже, так как сейчас себя плохо чувствует и уже поехал домой. Позже этим же вечером, они (Л.Т.Г., П* А.В., * М.А., * С.В.) до 22:00 находились у себя в офисе, готовили документы, которые должны были представить на судебное заседание на следующий день. П* А.В. и Л.Т.Г. находились практически все время у себя в офисе, около 19:00 подъехали * С.В. и * М.А., которые являются сотрудниками их организации. При П* А.В. Л.Т.Г. никаких писем в этот период не писала. В 19:11 П* А.В. с В.В. разговаривали на громкой связи, в это время все находились в кабинете вчетвером: П* А.В., Л.Т.Г., * С.В., * М.А., все слышали в подробностях рассказ В.В., как его мутузили в офисе ООО «*», он сказал, что его не трогал руками только * А.А., а ВГ, * А.М. и В* по нему наносили удары и выкидывали его с применением физической силы. Про само письмо, которое могло быть изображено на любом текстовом редакторе, П* А.В. стало известно только из судебного материала, который пришел в конце года, до этого по поводу этого письма его никто не опрашивал. Что касается почтового ящика *, в период, когда П* А.В. работал в ООО «*», у каждого сотрудника был компьютер, при включении компьютера в корпоративную почту можно было зайти через Outlook,в которой уже были записаны пароли. Так же пароли хранились на столе у О*й и лично у * А.М. Почтовый ящик ** был заведен как корпоративный на паспорт Л.Т.Г. в 2009 году, все сотрудники знали от него пароль, и данный пароль висел у каждого сотрудника на компьютере, поскольку данным почтовым ящиком пользовались все сотрудники. Текст спорного письма мог бы быть отредактирован на любом текстовом редакторе. До декабря 2016 года все сотрудники имели доступ к данному почтовому ящику.

Стороной защиты в подтверждение своих доводов также представлены и судом исследованы следующие доказательства:

— материалы, характеризующие личность Л.Т.Г. (т. 1 л.д. 101-115, т. 2 л.д. 45,

— копия заявления * В.В. на имя начальника ОМВД России по районам * г. Москвы * Д.В., в котором просит провести проверку по факту совершения в отношении него генеральным директором ООО «*» с группой лиц в составе * В.Г., * А.А. и В* насильственных действий, выражающихся в избиении, воспрепятствовании исполнения им (В.В.) своих должностных обязанностей, моральном и психическом давлении, и привлечь * А.М., * В.Г., В* В.В. к ответственности (т. 1 л.д. 116-119);

— копия постановления УУП ОМВД по районам * г. Москвы * А.А. от 06 декабря 2018 года об отказе в возбуждении уголовного дела по заявлению * В.В. по факту его избиения (т. 4 л.д. 37-42);

— расшифровка аудиозаписи от 20 февраля 2018 года в период с 17.00 до 17.07, сделанной в кабинете генерального директора ООО «*» * А.М., на личный телефон * В.В. (т. 2 л.д. 46-51);

— копия постановления УУП ОМВД России по району * гора г. Москвы * Р.Х. от 28 октября 2018 года, вынесенного по заявлению * В.В. по факту мошенничества (т. 2 л.д. 52);

— документы, свидетельствующие о наличии конфликтных отношений между Л.Т.Г., членов ее семьи и * А.М. (т. 2 л.д. 53-195);

— детализация звонков от 20.02.2018 г. * В.В., * А.А. и Л.Т.Г., * С.В. (т. 4 л.д. 62-65, 105-113);

— переписка между * А.В. и * В.В. от 20 февраля 2018 года (т. 4 л.д. 66);

— переписка между * М.А. и * С.В. от 20 февраля 2018 года (т. 4 л.д. 131-132,191);

— заключение специалиста №* ** (т. 5 л.д. 1-29).

В ходе судебного следствия, помимо доказательств, представленных стороной обвинения и стороной защиты, судом исследованы следующие письменные материалы по уголовному делу:

— материал проверки № * по заявлениям * А.М. и * В.Г., в котором они просят принять меры и возбудить уголовное дело в отношении Л.Т.Г. по факту распространения ею в отношении вышеуказанных лиц ложных сведений, порочащих их честь и достоинство и подрывающих их деловую репутацию, обвинив их в совершении особо тяжкого преступления, ответственность за которое предусмотрена ч. 5 ст. 128.1 УК РФ, в том числе аудиозапись от 20 февраля 2018 года, сделанная в кабинете генерального директора ООО «*» * А.М., на телефон * В.В. (т. 3 л.д. 1-201);

— материал проверки № * по обращениям * А.В., * А.М., * В.В. (т. 3 л.д. 203-252);

— ответ ООО «Яндекс» на запрос суда, поступивший 21 января 2019 года, согласно которому пользователь с логином *** зарегистрирован 15 марта 2009 года. Данные, указанные пользователем при регистрации: имя: **на, фамилия: Л. Данные, указанные пользователем о себе: имя: **, фамилия: Л., страна: RU, подтвержденные номера телефонов: ***. Пароль к электронной почте менялся: 08 июля 2013 года, 12 марта 2016 года, 24 января 2017 года, 01 апреля 2017 года, 18 августа 2017 года, 29 января 2018 года, 30 января 2018 года, 29 октября 2018 года (дважды). Ответ на запрос, откуда 20 февраля 2018 года с электронной почты *** направлялось письмо, ответ не содержит (т. 4 л.д. 55-56).

Представленную частным обвинителем *** А.М. копию постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 18 июня 2018 года в качестве доказательства по делу суд признает недопустимым, поскольку данное постановление отменено заместителем прокурора Зеленоградского АО г. Москвы 14 сентября 2018 года.

Доводы стороны защиты о том, что Л.Т.Г. не опрашивалась старшим участковым уполномоченным ОМВД России по районам * г. Москвы *А.Н. по факту поступления в ООО «*» 20 февраля 2018 года письма от ее имени, суд считает несостоятельными, поскольку в материале проверки № * по заявлениям * А.М. и * В.Г. о возбуждении уголовного дела в отношении Л.Т.Г. по факту распространения ею в отношении вышеуказанных лиц ложных сведений, имеется объяснение Л.Т.Г. от 02 марта 2018 года, полученное от нее * А.Н., в котором ею описано событие, произошедшее 20 февраля 2018 года в офисе ООО «*», и указано, что об этом Л.Т.Г. сообщила в своем письме сотрудникам компании ООО «*» (т. 3 л.д. 39).  Доводы Л.Т.Г. о том, что в силу изложенных в пояснении подсудимой обстоятельств * А.Н. был вынужден свернуть ее опрос в рамках проверки и предложил быстро подписать написанный им текст объяснений, а написанное не поддавалось прочтению из-за неразборчивого почерка * А.Н., суд также признает несостоятельным, поскольку в объяснении имеется собственноручная запись Лебедевой о том, что объяснение с ее слов записано верно и ею прочитано. Вместе с тем, Л.Т.Г. в случае невозможности прочитать данные ею объяснения не была лишена права ходатайствовать о прочтении * А.Н. записанных с ее слов объяснений.

Доказательств, подтверждающих, что данное объяснение получено от Л.Т.Г. с нарушением уголовно-процессуального законодательства, стороной защиты не представлено.

Оснований не доверять заключению эксперта ЭКЦ ГУ МВД РФ по г. Москве *О.В. № * от 13 апреля 2018 года у суда оснований не имеется, поскольку данное заключение составлено на основании постановления старшего дознавателя ОДП ОМВД России по районам Силино и Старое Крюково о назначении лингвистической экспертизы в рамках проведения проверки по заявлениям * А.М. и *В.Г., эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Вместе с тем, изложенные в указанном заключении выводы эксперта для решения вопроса о наличии в действиях Л.Т.Г. состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, не имеют.

Исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что в ходе судебного следствия нашел подтверждение тот факт, что письмо, поступившее в адрес ООО «*» по электронной почте 20 февраля 2018 года, было направлено именно Л.Т.Г. Об этом свидетельствуют объяснения самой Л.Т.Г. от 02 марта 2018 года. Свидетель защиты * С.В. в ходе допроса подтвердил факт того, что Л.Т.Г. в период времени с 19.00 до 22.30-23.00 пользовалась компьютером.

Оснований сомневаться в подлинности представленного стороной обвинения письма у суда не имеется, поскольку доказательств, позволяющих достоверно установить, что письмо от 20 февраля 2018 года является подложным и не направлялось с электронной почты ***, стороной защиты не представлено. Ходатайств о проведении экспертизы на предмет подлинности письма стороной защиты в ходе судебного разбирательства не заявлялось.

Доводы стороны защиты о том, что подсудимая вышеуказанное письмо не направляла, а объяснения, содержащиеся в материале проверки, подписала, не прочитав, суд считает несостоятельными, отвергает их и расценивает как избранный подсудимой способ защиты.

Разрешая вопрос о наличии в действиях Л.Т.Г. состава инкриминируемого ей преступления, суд руководствуется положениями ст.ст. 23, 29, 33 Конституции РФ, согласно которым каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени; каждому гарантируется свобода мысли и слова, а также свобода массовой информации; граждане Российской Федерации имеют право обращаться лично, а также направлять индивидуальные и коллективные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления.

В соответствии со ст.8 УК РФ основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного УК РФ.

Часть 1 ст. 128.1 УК РФ предусматривает ответственность за клевету, то есть распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию. 

Так, честь, достоинство и репутация взаимно связаны, характеризуют личность, неотделимы от нее и составляют важнейшее духовное богатство.      Вместе с этим, честь, достоинство и репутация отражают определенные социальные отношения между гражданином и обществом, а потому имеют большое общественное значение и охраняются, в том числе и уголовным правом.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Для наступления ответственности за клевету ложные сведения должны быть конкретными, то есть должны содержать факты, поддающиеся проверке, и не представлять собой оценочных суждений. 

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан, репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Совершая уголовно-наказуемую клевету, виновный действует всегда с прямым умыслом, то есть заведомо осознает ложность сообщаемых им сведений, а также то, что они порочат честь и достоинство другого лица или подрывают его репутацию, и желает это сделать. Если гражданин уверен в том, что сведения, которые он распространяет, содержат правдивые данные, хотя на самом деле они являлись ложными, то есть добросовестно заблуждается, он не может нести уголовную ответственность по ч. 1 ст. 128.1  УК РФ.

Статьей 33 Конституции РФ закреплено право граждан направлять личные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления, которые в пределах своей компетенции обязаны рассматривать эти обращения, принимать по ним решения и давать мотивированный ответ в установленный законом срок.

При этом необходимо иметь в виду правовую позицию, изложенную в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», согласно которой в случае, когда гражданин обращается в государственные органы и органы местного самоуправления с заявлением, в котором приводит те или иные сведения, но эти сведения в ходе их проверки не нашли подтверждения, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для привлечения этого лица к ответственности, поскольку в указанном случае имела место реализация гражданином конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений. При указанных обстоятельствах к ответственности лицо может быть привлечено лишь в случае, если при рассмотрении дела суд установит, что обращение в указанные органы не имело под собой никаких оснований и продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то есть имело место злоупотребление правом.

В силу статьей 45 и 52 Конституции РФ государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется. Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Суд считает, что информация, указанная подсудимой Л.Т.Г. в письме, направленном в ООО «*» 20 февраля 2018 года, не может быть расценена как клевета и не образует состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.128.1 УК РФ.

При вынесении приговора, суд прежде всего исходит из того, что, по смыслу ч.1 ст. 128.1 УК РФ субъективная сторона клеветы характеризуется прямым умыслом. Необходимо установить, что виновный заведомо осознавал ложность сообщаемых им сведений, а также то, что распространяемые им сведения порочат честь и достоинство другого лица или подрывают его репутацию, и желал это сделать. Лицо должно осознавать, что распространяет именно ложные сведения, то есть не соответствующие действительности. Если гражданин уверен в том, что сведения, которые он распространяет, содержат правдивые данные, он не может нести уголовную ответственность по ст. 128.1 УК РФ.

Сообщая в письме информацию о том, что «…В ваше отсутствие, 20.02.2018 г. по приказу * А.М. с его участием (всего 4 человека, включая * В.Г.) был избит в офисе ООО «*» мой представитель – юрист, который исполнял постановление Суда…..», подсудимая Л.Т.Г. была уверена, что сообщаемые ею сведения являются правдивыми.

Данные обстоятельства подтверждаются представленными стороной защиты доказательствами: детализацией звонков от 20.02.2018 г. * В.В., П* А.В. и Л.Т.Г., * С.В.; перепиской между П* А.В. и * В.В. от 20 февраля 2018 года; перепиской между * М.А. и * С.В. от 20 февраля 2018 года, а также карточкой происшествия № * по сообщению П* А.В. по факту избиения его знакомого (т. 3 л.д. 41).

Доказательств иного, а также умаления действиями подсудимой чести и достоинства потерпевшего, выразившейся в написании письма и сообщении о произошедшем, не представлено. Отраженные в письме от 20 февраля 2018 года сведения были известны Л.Т.Г. со слов свидетеля * В.В., оснований не доверять показаниям которого у суда не имеется, поскольку он не имеет личной заинтересованности в исходе дела, в родственных отношениях с участниками процесса не состоит.

Показания допрошенных в судебном заседании свидетелей  со стороны обвинения * А.А. и * Н.А. * И.В. и * Н.В., а также * В.Г. не могут быть приняты судом во внимание, поскольку правового значения не имеют и не подтверждают умысла подсудимой Л.Т.Г. на распространение заведомо ложных сведений в письме. Вместе с тем, суд отмечает, что согласно объяснениям свидетеля * И.В. в материале проверки, 20 февраля 2018 года на рабочем месте его не было, поскольку он находился на выезде по служебным делам.

Исследованные и проверенные по делу в судебном заседании доказательства суд находит достоверными, относимыми и допустимыми, в совокупности достаточными для разрешения дела, так как они получены в соответствии с требованиями закона, содержат сведения, относящиеся к обстоятельствам рассматриваемого дела, и совпадают с изложением обстоятельств произошедшего.

В соответствии с ч.3 ст.49 Конституции РФ неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого.

В силу п. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств. 

В силу принципа уголовного судопроизводства – презумпции невиновности, предусмотренной ст. 14 УПК РФ, подозреваемый или обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность, бремя доказывания и опровержения доводов, приводимых в защиту обвиняемого, лежат на стороне обвинения, а именно, по делам частного обвинения – на частном обвинителе, в данном случае потерпевшем * А.М. Все неустранимые сомнения о виновности лица толкуются в пользу обвиняемого, поскольку обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.

По настоящему делу совокупность исследованных судом доказательств не позволяет сделать вывод о наличии вины Л.Т.Г. при обстоятельствах, указанных в обвинении, поскольку доказательств, свидетельствующих об умысле подсудимой на клевету, то есть в распространении заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию не представлено. Показания частного обвинителя * А.М. о клевете со стороны подсудимой Л.Т.Г. не могут быть положены в основу обвинительного приговора, поскольку они не подтверждены всей совокупностью исследованных судом доказательств.

Вина является неотъемлемой частью состава преступления и входит в число обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу.

Учитывая, что виновность подсудимого в предъявленном ему обвинении совокупностью всех исследованных доказательств не подтверждена, а все неустранимые сомнения толкуются в пользу подсудимого, суд пришел к выводу, что подсудимый подлежит оправданию за отсутствием в его действиях состава вменяемого ему преступления, на основании п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ, в связи с чем, гражданский иск о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежит.

Мера пресечения по уголовному делу в отношении подсудимой Л.Т.Г. не избиралась, вещественные доказательства по делу отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 305, 306 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Подсудимую Л.Т.Г. по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 128.1 УК РФ,  оправдать за отсутствием в ее действиях состава преступления.

В иске *А.М к Л.Т.Г. о возмещении морального вреда отказать.

Признать за Л.Т.Г. право на реабилитацию.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Зеленоградский районный суд г. Москвы через мирового судью судебного участка № 6 района Силино г. Москвы в течение 10 суток со дня провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы оправданный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Оправдательный приговор по статье 128.1 УК РФ опубликован на официальном портале мировых судей г. Москвы.

Наш адрес

г. Москва ул. Костякова дом 6/5