+7 (966) 145-06-86    г. Москва ул. Костякова дом 6/5

Юридические услуги адвоката в Москве

Подробнее

Главная / Судебная практика / Кассационное определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 10.12.2019 N 77-41/2019

Кассационное определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 10.12.2019 N 77-41/2019

Оправдательный приговор оставлен в силе
Кассационное определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 10.12.2019 N 77-41/2019

Кассационное определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 10.12.2019 N 77-41/2019 Приговор: Ст. ст. 264, 264.1 УК РФ (нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств; нарушение ПДД лицом, подвергнутым административному наказанию). Определение: Акты отменены, уголовное дело направлено в суд на новое судебное рассмотрение, осужденный освобожден из-под стражи.

ВТОРОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 10 декабря 2019 г. N 77-41/2019

Судебная коллегия по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в составе: …

рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу адвоката Г.А.Д. в защиту интересов осужденного Б. на приговор Гагаринского районного суда г. Москвы от 29 июля 2019 года и апелляционное постановление Московского городского суда от 1 октября 2019 года.

Приговором Гагаринского районного суда г. Москвы от 29 июля 2019 года

Б., родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин РФ, несудимый,

осужден по ч. 2 ст. 264 УК РФ (в редакции Федерального закона от 31.12.2014 г. N 528-ФЗ) к лишению свободы сроком на 11 месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на два года; по ст. 264.1 УК РФ к обязательным работам на срок 300 часов, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на два года. На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, с учетом требований п. «г» ч. 1 ст. 71 УК РФ, окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 1 год с отбыванием в колонии — поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 3 года.

На основании ст. 308 УПК РФ и ст. 75.1 УИК РФ определен порядок следования осужденного Б. к месту отбывания наказания самостоятельно за счет государства, для чего в течение 10 суток со дня вступления приговора в законную силу он обязан явиться в территориальный орган уголовно-исполнительной системы УФСИН России по г. Москве для получения предписания о направлении к месту отбывания наказания.

Срок наказания исчислен со дня прибытия Б. в колонию-поселение, с зачетом времени следования к месту отбывания наказания в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

Срок дополнительного наказания в виде запрета заниматься определенной деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, исчислен с момента отбытия основного наказания в виде лишения свободы.

Мера пресечения до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения — подписка о невыезде и надлежащем поведении.

Апелляционным постановлением Московского городского суда от 1 октября 2019 года приговор суда оставлен без изменения.

Заслушав доклад судьи Г.Л.С., изложившего обстоятельства дела, содержание судебных решений, доводы кассационной жалобы, выступления защитника — адвоката Г.А.Д., поддержавшего доводы кассационной жалобы, прокурора П.С.Н., полагавшего необходимым оставить обжалуемые судебные решения без изменения, судебная коллегия

установила:

Б. признан виновным в том, что, управляя автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, совершил нарушение Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека. Он же признан виновным в том, что управлял автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, будучи подвергнутым административному наказанию за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Преступления совершены 27 января 2019 года в г. Москве при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В кассационной жалобе адвокат Г.А.Д. выражает несогласие с состоявшимися в отношении Б. судебными решениями ввиду их незаконности и необоснованности. В резолютивной части приговора суда определен порядок следования осужденного Б. к месту отбывания наказания: «не позднее 10 суток со дня получения копии приговора суда», что не соответствует установленным законом требованиям. В апелляционном постановлении этому не дана оценка, кроме того, на стр. 3 указано, что «подсудимый К. виновным себя признал полностью», что свидетельствует о формальном рассмотрении материалов дела. Судами обеих инстанций незаконно отказано в прекращении уголовного дела за примирением сторон по ч. 2 ст. 264 УК РФ.

В подготовительной части открытого судебного заседания потерпевшей ФИО8 было заявлено ходатайство о прекращении уголовного дела за примирением сторон. Суд отказал в его удовлетворении, мотивируя тем, что ходатайство заявлено преждевременно в подготовительной части судебного заседания, когда данные о личности подсудимого в полном объеме не исследованы, не представлены документы, подтверждающие возмещение материального ущерба и морального вреда, в связи с чем, отсутствовали достаточные основания для прекращения уголовного дела. Однако в последующем суд не рассмотрел вопрос о прекращении уголовного дела в соответствии со ст. 25 УПК РФ и об освобождении от уголовной ответственности в порядке ст. 76 УК РФ в связи с примирением с потерпевшей, как на этом настаивали стороны в ходе судебного разбирательства и не дал этому оценку в приговоре. Все условия и требования, предусмотренные законом, Б. были выполнены. Предоставление суду правомочий принимать решения о прекращении уголовного дела по своему усмотрению не дает права на вынесение произвольного, без учета требований законности, обоснованности и справедливости, судебного решения.

Мотивируя невозможность назначения альтернативной лишению свободы меры наказания, либо применения условного осуждения, суд сослался на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей и данные о личности. Между тем, тяжесть вреда здоровью предусмотрена диспозицией ч. 2 ст. 264 УК РФ и сама по себе не исключает применения ст. ст. 64 и 73 УК РФ.

Суд не учел в полной мере характер и степень общественной опасности совершенного деяния, отношения Б. к произошедшему. Вмененные действия были совершены в силу случайного стечения тяжелых семейных обстоятельств, в ночное время, при низком трафике общественного движения, ДТП произошло в зимнее время. Б. осознал свою вину и деятельно раскаялся, в полном объеме возместил материальный ущерб и моральный вред еще до предъявления обвинения, извинился перед потерпевшей и примирился с ней. Просит отменить приговор и апелляционное постановление и прекратить уголовное дело за примирением сторон.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационной жалобы и выслушав участников судебного заседания, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Такие нарушения были допущены судами первой и апелляционной инстанций.

Согласно ч. 1 ст. 16 УПК РФ подозреваемому и обвиняемому обеспечивается право на защиту, которое они могут осуществлять лично либо с помощью защитника и (или) законного представителя.

По смыслу уголовно-процессуального закона защитник является самостоятельным участником судопроизводства, однако как его позиция по уголовному делу, так и круг его полномочий определяется тем, что он выступает на стороне защиты и призван отстаивать права и интересы подозреваемого, обвиняемого.

В соответствии с ч. 7 ст. 49 УПК РФ и подпунктов 3, 4, п. 4 ст. 6 Федерального закона от 31 мая 2002 года N 63-ФЗ (в редакции от 2 июня 2016 года) «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» защитник не вправе отказаться от принятой на себя защиты подозреваемого, обвиняемого, в том числе он не может занимать по делу позиции вопреки воле доверителя, за исключением случаев, когда он убежден в наличии самооговора доверителя, делать публичные заявления о доказанности вины доверителя, если тот ее отрицает.

Из протокола судебного заседания следует, что потерпевшей У. было заявлено ходатайство о прекращении уголовного дела за примирением сторон (т. 2 л.д. 10). Данное ходатайство было поддержано подсудимым и его защитником.

Вместе с тем, адвокат Г.А.Д., осуществляя защиту интересов Б., занял в судебных прениях позицию о назначении его подзащитному наказания в виде лишения свободы.

Подсудимый ходатайства об участии в прениях не заявлял, в последнем слове высказался о раскаянии в содеянном. Данных о том, что подсудимый поменял свою позицию о прекращении в отношении него уголовного дела за примирением сторон, в материалах дела не имеется. В последующем подсудимый и потерпевшая подтвердили свое намерение на примирение в своих апелляционных жалобах.

Таким образом, поскольку позиция защитника вступила в противоречие с позицией его подзащитного, настаивавшего на прекращении в отношении него уголовного дела, было нарушено право подсудимого на защиту.

Кроме того, суд, в нарушение требований закона не разрешил должным образом ходатайство потерпевшей о прекращении уголовного дела за примирением сторон.

Так, в подготовительной части судебного заседания суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении ходатайства потерпевшей о прекращении уголовного дела за примирением сторон, свое решение мотивировал тем, что оно заявлено на подготовительной стадии судебного заседания, когда еще не исследованы в полном объеме данные о личности подсудимого, не представлены документы, подтверждающие возмещение ущерба и компенсацию морального вреда. Таким образом, принимая решение об отказе в удовлетворении ходатайства потерпевшей о прекращении уголовного дела за примирением сторон, суд фактически указал на преждевременность заявленного ходатайства.

В последующем суд, в нарушение требований ст. 297 УПК РФ, при наличии в уголовном деле заявления потерпевшей о прекращении уголовного дела за примирением сторон, каких-либо мотивов для отказа в удовлетворении ходатайства потерпевшей в приговоре не привел.

Кроме того, в силу положений ч. 2 ст. 63 УК РФ и согласно разъяснениям, содержащимся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года N 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» обстоятельства, относящиеся к признакам состава преступления, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ, должны учитываться при оценке судом характера общественной опасности содеянного. Однако эти же обстоятельства не могут быть повторно учтены при назначении наказания.

Эти требования закона не учтены судами по настоящему делу.

Как усматривается из приговора, действия Б. квалифицированы судом, в том числе по ч. 2 ст. 264 УК РФ (в редакции Федерального закона от 31.12.2014 г. N 528-ФЗ), как нарушение Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, лицом, находящимся в состоянии опьянения.

Суд, мотивируя невозможность назначения Б. альтернативного лишению свободы вида наказания и применения условного осуждения, сослался на наступление тяжких последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшей.

Между тем, причинение тяжкого вреда здоровью человека является обязательным квалифицирующим признаком состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 264 УК РФ (в редакции Федерального закона от 31.12.2014 г. N 528-ФЗ), за совершение которого Б. осужден, и не может быть повторно учтено при назначении наказания.

Вышеперечисленные существенные нарушения уголовно-процессуального закона оставлены без внимания судом апелляционной инстанции. Кроме того, судом апелляционной инстанции на стр. 3 апелляционного постановления вместо осужденного Б. указана другая фамилия — К.

Допущенные судом нарушения являются существенными, и, с учетом связанности обвинения по ч. 2 ст. 264 и ст. 264.1 УК РФ, влияют на исход всего дела, то есть на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, и поэтому судебные решения в отношении осужденного Б. подлежат отмене с передачей уголовного дела на новое судебное рассмотрение, в ходе которого подлежат проверке и другие доводы, изложенные в кассационной жалобе адвоката Г.А.Д.

В связи с отменой приговора и передачей дела на новое судебное разбирательство, суд кассационной инстанции считает необходимым освободить Б. из-под стражи и с учетом положений ст. ст. 97, 99 УПК РФ избрать ему меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Руководствуясь ст. 401.13, 401.14, 401.15, 401.16 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

Кассационную жалобу адвоката Г.А.Д. удовлетворить частично.

Приговор Гагаринского районного суда г. Москвы от 29 июля 2019 года и апелляционное постановление Московского городского суда от 1 октября 2019 года в отношении Б. отменить, передать уголовное дело в тот же суд на новое судебное рассмотрение иным составом суда.

Б., <…> года рождения, из-под стражи освободить, избрать в отношении него меру пресечения в виде подписке о невыезде и надлежащем поведении.

Наш адрес

г. Москва ул. Костякова дом 6/5